Действие закона в условиях места его применения имеет много общего с его действием во времени.
Общее правило таково: все подчинены одинаково действию законов и никто не исключен из этого действия.
Юридические нормы могут стоять в двояком отношении к индивидуальной воле и проявлять в обоих случаях различные степени интенсивности.
Слово закон имеет различные значения как в научном языке, так и в обыденной речи. Им охватываются различные порядки явлений, которые хотя и заключают в себе кое-что аналогичное, но должны быть строго отличены.
Научное значение обычного права основано на том, что обычаи отражают юридический быт народов и дают для изучения его столько драгоценного материала, как ни один другой источник правоведения.
Наше законодательство занимает среднее положение между указанными выше течениями: оно упоминает, с одной стороны, о случаях применения обычая, – следовательно, допускает в этих случаях замену им закона; с другой – смотрит на обычаи, как на средство, дополняющее законы.
В отношении к вопросу о силе обычного права все европейские законодательства можно разделить на две группы. Первая группа усваивает себе точку зрения XVIII в. на необходимость для обычного права
Обычное право сравнительно с правом, основанном на законе, есть в большинстве случаев предшествующий ему по времени источник права. Но в числе источников обычного права мы встречаемся нередко с законом, когда память об этом последнем утрачивается и переходит в практику обычного права.
Основание обязательной силы обычного права нельзя искать в самом праве, которое есть его последствие и поэтому уже не может быть его основанием. Это основание лежит вне области права, и именно в следующем.
Вожди “исторической школы” и их современные продолжатели не считаются с общественной стороной развития права, как на это справедливо указывает А. Менгер в своей талантливой критике первого проекта к новому немецкому гражданскому уложению