Press "Enter" to skip to content

Византийское право как источник права

Принятие христианства имело своим необходимым следствием перенос в Россию памятников византийского церковного права. Для потребностей церковного управления к нам получили доступ два греческих номоканона: в 50 титулов и в 14. Номоканон в 50 титулов составлен из двух сборников, приписываемых Иоанну Схоластику (VI в.). Первый из этих сборников – канонического содержания: это свод церковных правил, расположенный в 50 титулах; второй – сборник светских законов по делам церковным; он заключает в себе выборку из разных новелл и состоит из 87 глав. Второй, позднейший по времени номоканон в 14 титулов, приписываемый патриарху Фотию (883), также состоит из канонов и светских законов. В IX в. этот номоканон был только пересмотрен и дополнен постановлениями шестого и седьмого Вселенских соборов и соборов, бывших при Фотии; первоначальную же редакцию его относят ко второй четверти VII в.

Ввиду зависимости нашей церкви от константинопольской она должна была подчиняться тем же правилам, какие действовали в церкви греческой, а потому греческие номоканоны и признавались у нас действующим церковным правом. Русские епископы во всех случаях, восходивших на их решение, обращались за ответом к номоканону. По вопросу о правах усыновленного митрополит Киприан отвечал: “И аз, воззрев есмо в номоканун, да изнашел есми правило…” Наши канонисты думают, однако, что до митрополита Кирилла II в славянском переводе у нас существовали и употреблялись номоканон в 50 титулах и номоканон в 14 титулах, но в древнейшей до-Фотиевской редакции. Фотиев же номоканон сделался у нас известен в славянском переводе только со времени получения из Болгарии нового списка Кормчей, о чем митр. Кирилл и заявил на Владимирском соборе 1274 г. Павлов, Первоначальный славяно-русский номоканон.

Помимо памятников церковного законодательства у нас были известны и византийские сборники светского права: Эклога и Прохирон.

Эклога издана в 741 г. импер. Львом Исаврянином и сыном его, Константином. В истории византийского права Льву Исаврянину принадлежит роль смелого реформатора (Васильевский в Ж. М. Н. Пр. за 1878 г. № 10-й). Преобразования его имели место в области религиозной и гражданской. В области религиозной он не касался догматов, а только внешнего проявления религиозного чувства: икон, мощей, монастырей. Он ограничил число монастырей, отнял у духовенства общественное обучение и подчинил общим налогам церковные имущества. В области гражданской законодательство его коснулось крестьян, положение которых он улучшил; семейного права, постановления которого он старался привести в согласие с воззрениями церкви на брак, и, наконец, уголовного права.

Важнейшим памятником законодательства имп. Льва является Эклога. Она носит такое заглавие: “Избрание законов вкратце, учиненное Львом и Константином, мудрыми и благочестивыми царями, из институций, дигест, кодекса и новых постановлений великого Юстиниана, с исправлением в смысле большого человеколюбия”. Повод к изданию этого сборника объяснен в предисловии так: “Законоположения прежних царей содержатся во многих книгах и заключающийся в них разум для одних трудно постижим, а для других и совершенно недоступен… Посему мы сочли приличным, чтобы в этой (одной) книге частью сообразно с тем, что содержится в тех книгах благоприличного, частью сообразно с тем, что мы вновь постановили, были более ясно и кратко изложены решения относительно дел, чаще всего встречающихся…”.

Эклога состоит из 18 титулов, или граней. Первые 16 посвящены гражданскому праву. Правила о браке и приданом помещены в трех первых титулах, в 4-м речь идет о дарении, в 5 и 6-м – о наследовании по завещанию и без завещания, в 7-м – об опеке и попечительстве, в 8-м – об отпущении рабов на волю, в 9 и 13-м – об обязательствах, в 14-м – о свидетелях, в 15-м – о взаимообразных сделках, в de castrense peculio vel quasi castrense. Уголовное право содержится в 17-м титуле, в 18-м речь идет о разделении военной добычи.

Обещание предисловия, в котором возвещено исправление прежнего законодательства, всего более оправдывается постановлениями о браке. Здесь наблюдается некоторое стремление возвысить положение жены в семье: для вступления детей в брак необходимо и ее согласие. Отменяется конкубинат: с конкубиной надо вступить в брак или отпустить ее. Случаи развода очень стесняются. Наконец, дозволены браки между лицами разных исповеданий. Важные изменения встречаются и в наследственном праве. После смерти мужа все права его по отношению к имуществу и детям переходят на пережившую его жену: дети должны состоять в ее воле и во всем ей подчиняться. Родителям дано право наследовать раньше боковых родственников. Уголовный титул изобилует телесными наказаниями и даже членовредительными, но и в нем замечается некоторое движение вперед: телесные наказания заменяют иногда смертную казнь, которая назначалась прежними законами.

Реакция против реформаторского направления, выразившегося в законодательстве Льва Исаврянина, началась уже при имп. Льве Хозарском. Во главе партии ненавистников нового направления выступила имп. Ирина, стоявшая на стороне обрядности, икон и монахов. Но реформы возбуждали противодействие не при одном только дворе. Монахи, простой народ и особенно женщины с ужасом отвращались от нововведений, которые, казалось им, подрывали самые основы христианской веры.

Борьба старого с новым продолжалась около 100 лет. Противники реформ не ограничились восстановлением поклонения иконам: они шли против всех нововведений Эклоги. В царствование Василия Македонянина многие из них были не только отменены, но и осуждены. В отмену Эклоги Василий Македонянин издал новую ручную книгу законов – Прохирон. Мотивы издания так объяснены им во введении: “Скажет кто-нибудь: так как наши предки оставили нам нечто подобное, то почему бы не успокоиться на этом сокращении и зачем было прибегать нам ко второму избранию?.. Следует знать, что это так называемое руководство содержало не столько избрание, сколько извращение добрых законоположений, допущенное намеренно собирателем… посему еще нашими предшественниками это прежнее руководство было отвергнуто, хотя и не вполне, а сколько это требовалось”.

Этот второй сборник, составленный в 870 г., есть возвращение к началам Юстинианова права; только в области уголовного законодательства он повторяет Эклогу.

Прохирон действовал до падения Восточной империи. Но, несмотря на формальную отмену Эклоги, ею продолжали руководствоваться и после издания Прохирона. В греческих сборниках сводов церковных постановлений наряду с правилами святых отцов и учителей церкви помещались и оба краткие руководства: Прохирон и Эклога. Знаменитый Флорентийский кодекс, содержащий греческий номоканон, заключает в себе и лучший список Эклоги.

Возникает вопрос, с какого времени эти сборники сделались известны у нас? В греческих оригиналах они, конечно, находились в руках первых епископов греков. Что касается славянских переводов Эклоги и Прохирона, то наши древние кормчие содержат в себе не полные переводы этих памятников, а только переводы некоторых отрывков из них. Такое состояние дошедших до нас древнейших кормчих не мешает, однако, проф. Павлову утверждать, что в состав первоначального славяно-русского номоканона, несомненно, входили Эклога Льва Исаврянина и Прохирон Василия Македонянина (81). Это предположение почтенного ученого подтверждается и составом Пространных списков Русской Правды, некоторые статьи которых могут быть объяснены лишь действием в нашей практике соответствующих этим статьям правил Эклоги. Влияние на практику церковных судов постановлений Эклоги можно, однако, допустить и при наличности в первое время одних греческих текстов.

Полный перевод Прохирона находится в сербской Кормчей, полученной митр. Кириллом из Болгарии. В печатной Кормчей помещены Прохирон под названием Градских законов и Эклога под заглавием: “Леона царя премудрого и Константина верною царю главизны о совещании обручения, и о брацех, и о иных различных винах”. Прохирон составляет 48-ю главу печатной кормчей, Эклога – 49-ю.

В русском переводе Эклоги есть некоторые отступления от оригинала. Перевод состоит не из 18, а только из 16 зачатков, или титулов. Эта разница произошла оттого, что 12-й титул об эмфитевзисах выпущен; 17-й же присоединен к 18-му. Затем есть разница и в порядке расположения титулов.

Влияние светских византийских сборников на русское право, главным образом, обусловливалось подсудностью духовным судам вопросов брачного права и права наследственного. При решении этих вопросов духовенство, конечно, обращалось не к народным обычаям, а к постановлениям византийских императоров. Эта практика церковных судов и оставила свой след в Пространных списках Русской Правды.

Кроме указанных византийских сборников в русских кормчих находится еще юридический памятник, известный под именем “Закона суднаго людем”, или “Судебника царя Константина”. Существуют две редакции закона судного: Пространная и Краткая. Краткая – есть славянская переработка 17-го титула Эклоги с небольшими заимствованиями из других титулов. Пространная заключает в себе, кроме того, еще извлечения из законов Моисеевых.

error: Content is protected !!