Неудача, постигшая работы римской конференции, вызвала необходимость устроить новое собрание для вторичного пересмотра предположенных изменений конвенции. По предложению испанского правительства делегаты собрались 2 апреля 1890 г. в Мадриде
Роль, которую играли французские делегаты на Римской конференции 1886 г., нельзя не назвать двусмысленной. Председатель французского общества патентных агентов, Тhiriоn, в своей оценке этой роли высказался впоследствии следующим образом
Немаловажную роль играли также и личные отношения главного инициатора этой кампании, адвоката Dоnzеl’я, – отношения, на которых не стоит здесь останавливаться. Сущность аргументов, на которых противники Конвенции 1883 г. основывали свои возражения против нее, сводится к следующему:
Но конференция 1880 г. недаром была детищем Конгресса 1878 г.: ее авторы имели в виду гораздо более широкие задачи, все еще находясь под влиянием унификационных идеалов. Поэтому статья о приоритете была дополнена постановлениями унификационного характера.
4 ноября 1880 г. стараниями французского правительства созвана была официальная конференция, которая должна была оформить и закрепить результаты, добытые Конгрессом 1878 г. и его исполнительной комиссией.
Теоретически, мыслимо несколько видов паллиативов, могущих заменить пока что унификацию патентных законов. Эти паллиативы, естественным образом, должны быть направлены на доставление изобретателям возможности получать за границей без труда патенты на такие изобретения, которые уже привилегированы у них на родине.
На Конгрессе 1873 г. вопрос был поставлен в смысле желательности: 1) чтобы государства заключили договор о единообразной регламентации патентного права (унификация всех патентных законов)
В середине 70-х гг. противопатентное движение надо считать законченным. Как раз в этот момент начинается и серьезная разработка международно-правовых контроверз. Правда, еще в 1856 г. вице-председатель английского патентного бюро, Burnett Woodcгоft, объезжал европейские государства с целью добиться объединения патентных законов.
Соглашение 1842 г., очевидно, могло иметь лишь временной, паллиативный характер. Ибо оно хотя и достигало своей непосредственной цели, но очень дорогой ценой. Можно утверждать, что это соглашение совершенно обесценивало те патенты, которые продолжали выдаваться в отдельных государствах Zollverein’a.
История международной защиты изобретателей относится целиком к новейшему времени (вторая половина XIX века): явление это покажется нам вполне естественным, если мы вспомним, что и внутренне-государственная защита изобретательских прав началась не ранее конца XVII столетия