Press "Enter" to skip to content

Мена

Мена регламентируется договором, по которому одна сторона обязывается предоставить другой право собственности на какое-либо имущество, но с тем чтобы и другая сторона передала ей право собственности на какое-либо имущество, не состоящее в деньгах. Это последнее условие именно и отличает мену от купли-продажи: если сторона, приобретающая право собственности на имущество, обязывается вознаградить противную сторону деньгами, то договор будет уже не о мене, а о купле-продаже.

Обыкновенно мена считается предшественницей купли-продажи на том основании, что последняя предполагает деньги, которые – будет ли то монета из благородного металла или другие меновые знаки – являются учреждением позднейшим в жизни общества: появлению денег предшествует состояние, в котором непосредственно обмениваются имущества. Но с появлением денег, по их свойству быть общим мерилом ценностей в экономическом быту, употребление мены должно, конечно, ограничиться. И действительно, в развитом юридическом быту договор мены встречается довольно редко, а для промышленных целей почти не заключается.

Например, торговля производится почти исключительно только посредством купли-продажи, а не мены, и меновая торговля, производимая нашими купцами с азиатцами, представляет собой явление исключительное, поддерживаемое притом искусственными мерами правительства. В наше время даже в тех случаях, когда результатом представляется то же, что вытекает из мены, совершается обыкновенно не мена, а двойная купля-продажа. Предположим, на ярмарке купец А продает купцу В красного товара на 1 000 руб. и покупает у В на 1 000 руб. галантерейного товара; в результате выходит, будто А и В разменялись товарами, но совершается между ними все-таки не мена, а две купли-продажи.

Предметом мены, собственно говоря, может быть всякое имущество, представляющееся физической вещью, – все равно, будет ли эта вещь движимая или недвижимая. Но положительное законодательство не допускает мены недвижимого имущества и таким образом ограничивает круг действия договора только вещами движимыми[1]. Основание такого ограничения заключается, по-видимому, в охранении казенного интереса. Нам кажется, законодательство имеет в виду, что мена недвижимого имущества на недвижимое заменяет двойную куплю-продажу, а двойная купля-продажа доставляет казне более выгод, нежели один договор мены; поэтому он запрещается.

Так, А вместо того, чтобы продать принадлежащее ему недвижимое имущество В и купить у него другое недвижимое имущество, при отсутствии запрещения мены недвижимого имущества мог бы обменяться с В. Но для казны вдвое выгоднее, если относительно данного имущества будет совершена купля-продажа, потому что каждая купля-продажа доставит казне известный доход.

Нельзя сказать, однако же, чтобы интересы казны только и можно было охранить запрещением мены недвижимого имущества: 1) при мене недвижимого имущества на недвижимое пошлины могли бы быть удвоеными, так что казна получала бы от мены то же самое, что получает от двух договоров купли-продажи; 2) от мены недвижимого имущества на движимое казна получала бы не менее выгод, чем от продажи недвижимого имущества, так как продажа движимого имущества, вымениваемого на недвижимое, не приносит казне никакого дохода.

Например, выменивался бы дом на какие-либо драгоценные камни; казна при этом получила бы те же сборы, какие получает она ныне при продаже дома (продажа драгоценных камней не связана ни с какими выгодами для казны. – А. Г.). Так что финансовые соображения, оказывающие, по-видимому, влияние на устранение мены недвижимого имущества, тут не имеют места. И можно думать, что законодательство, запрещая меняться недвижимыми имуществами, хотело запретить только мену недвижимого имущества на недвижимое же, но выразилось слишком общо: «Меняться недвижимыми имуществами запрещается».

Только по исключению допускается законодательством мена недвижимого имущества. Например, для доставления городу или посаду удобного выгона[2]. Допустим, под самым городом есть поземельная дача, принадлежащая ведомству государственных имуществ, а далее находится дача, принадлежащая городу. Очевидно, что для города выгодно поменять эту дачу на казенную, прилежащую к городу, потому что для выгона удобнее пользоваться ближайшей дачей, нежели отдаленной; и вот при таких обстоятельствах законодательство допускает мену недвижимых имуществ[3].

Другое исключение допускается законодательством в интересах специального межевания[4]. Известно, что с 30-х годов нынешнего столетия устранение чересполосицы составляет одну из задач правительства. Различные средства ведут к прекращению чересполосицы; между прочим, дозволение размена недвижимых имуществ немало способствует достижению этой цели: если участки поземельного собственника рассеяны по разным местам дачи, то понятно, что ему гораздо легче собрать эти участки к одному месту, когда предоставлена возможность обменять принадлежащий ему лоскут земли на лоскут другого лица, нежели если бы приходилось применять тут правила о купле-продаже. С разрешения сената допускается также для округления заповедного имения обменивать его участки на другие, равного достоинства[5].

(Наконец, обмен поземельных участков, допустим, для поземельного устройства крестьян[6] и образования поземельных участков для сельских начальных училищ; в последнем случае закон разрешает обмен казенных земель на земли частных лиц или учреждений и на крестьянские надельные[7]. – А. Г.)

Мена движимого имущества не подвергается со стороны законодательства никаким ограничениям и совершается словесно или письменно по воле хозяев имущества[8]. Юридические отношения по мене состоят в том, что каждая договаривающаяся сторона приобретает право на передачу ей в собственность от противной стороны определенного имущества, и, действительно, передачей его исполняется договор. Наконец, прекращается мена общими способами прекращения обязательств.

Между договорами мены движимого имущества особенно обращает на себя внимание мена денег, т. е. мена, предметом которой являются деньги. Мы видели, что мена тем именно и отличается от купли-продажи, что не допускает употребления денег: ценность вымениваемой вещи измеряется не деньгами, а другой вещью. Но вот договор, в котором только и идет речь о деньгах. В нем не только одна, но и другая сторона представляет деньги. И его заключение в больших городах составляет даже особый промысел – занятие менял. Это договор о размене денег, а между тем он считается меной.

Спрашивается, что же это: мена или купля-продажа? В этом договоре, казалось бы, по преимуществу денежном, собственно, идет речь не о деньгах, а о монете, о том или другом сорте денег: кто выменивает кредитные билеты на золото или серебро, а также кредитные билеты значительной ценности на мелкие кредитные билеты – тот не имеет в виду, что кредитные билеты представляют денежную сумму, что золото и серебро также составляют денежную сумму. Он имеет в виду два сорта денег и выменивает один сорт на другой.

Припомним, что деньги являются предметом обязательств в различных видах, не только в смысле меры ценностей, но и как индивидуальные вещи или как вещи известного рода, сорта; и тогда они являются такими же предметами обязательств, как и всякие другие вещи, определяемые индивидуально или обобщенно. Поэтому, признавая договор о размене денег меной, а не куплей-продажей, мы не отступаем от существа договора мены.

Иные юристы, правда, считают договор о размене денег куплей-продажей на том основании, что лицо, выменивающее один сорт денег на другой, в котором нуждается, обыкновенно отдает нечто лишнее, так что тут есть и цена за приобретаемые деньги. Но то обстоятельство, что при размене денег отдается нечто лишнее, случайно и не всегда встречается. Притом же если договор о размене денег считать куплей-продажей, то трудно определить, какие же деньги составляют товар, какие – цену.

Конечно, когда договор заключается с менялой, то, имея в виду, что он занимается разменом денег как промыслом, можно сказать, что он продает деньги и что, следовательно, его деньги – товар. Но договор о размене денег заключается не только с менялами, а нередко и с другими лицами. Нам кажется поэтому, что лучше всего принять народное воззрение на договор, высказывающееся в самом названии его и проявляющееся притом у многих народов: например, у нас – размен, у немцев – Wechsel, у французов – echange.


[1] Ст. 1374.

[2] Ст. 1374, п.1 и 2.

[3] Но заметим, что мена действительно представляется при этом только тогда, когда поземельная дача, служащая для выгона, составляет собственность города, а не казенная, предоставленная городу только в пользование; в последнем случае нет мены, а только отвод городу для выгона вместо одной другой казенной дачи.

[4] Ст. 1374, п. 3.

[5] Ст. 485, 49322.

[6] Ст. 1374, п. 4.

[7] Там же, п. 5.

[8] Ст. 1379, 1380.

Comments are closed.

error: Content is protected !!