Много было сделано попыток объяснить давность. Одни из этих воззрений, как мы видели, оказались или абстрактными представлениями, не применимыми в действительности, или же фразами, лишенными всякого положительного содержания.
Теперь наше исследование кончено. Мы хотели сделать и действительно сделали попытку определения, что такое уголовное правонарушение. Изложим вкратце ее результаты.
Противники давности, доказывая ее неправомерность, исходят от признания устрашения и предупреждения основными началами карательной системы.
Определив разграничительный признак преступного с точки зрения объективного права образованных, полуобразованных, варварских и диких народов, воспользуемся найденным и определим с его помощью понятие уголовного правонарушения, или преступления, с точки зрения этого права.
Между противниками давности одно из самых видных мест занимает Бентам. Отрицая ее целесообразность, он исходит от принципа, положенного им в основу всей карательной системы.
Наша задача о разграничительном признаке преступного теперь кончена. Мы желали определить в общих чертах, чем отличается уголовное правонарушение от неуголовного, и, по мере возможности, определили это в области положительного права настоящих и прошедших времен.
Генке считает давность несовместимой со строем государственного правосудия. Он находит возмутительным, что преступник, сумевший хитростью и ловкостью отклонить от себя всякое подозрение
Говоря о состоянии преступности и его признании учредителями права, необходимо выяснить, как понимают они это состояние. Мы только что показали, что учредители права у нынешних цивилизованных народов – постоянно, а у прочих – обыкновенно считают уголовным то правонарушение, в котором, по их мнению, выражается во внешнем мире внутреннее состояние преступности правонарушителя.
Грюндлер, обозрев в кратком очерке попытки объяснить давность и доказав их несостоятельность, приходит к тому убеждению, что институт этот, не имея прочного основания, не может быть терпим ни в каком законодательстве
От цивилизованного мира переходим к полуобразованным, варварским и диким государственным народам настоящего и прошедшего времени. Есть веские доказательства, что правоучредители этих народов, отличая уголовное правонарушение от неуголовного, обыкновенно ставят разграничительным признаком отношение между правонарушением и состоянием преступности правонарушителя.