Press "Enter" to skip to content

Соучастие и представительство

Лица, участвующие в совершении сделки, разделяются на три группы. Одни действуют в своем собственном интересе и принимают на себя все последствия сделки. Их принято называть сторонами или контрагентами. Другие только присутствуют при совершении сделки и остаются чужды ее последствиям. Это соучастники. Наконец, третьи действуют от имени контрагентов, заменяя их вполне при заключении сделки, причем ее последствия переходят не на них, а на самих контрагентов. Они носят название представителей.

Итак, соучастием называется содействие постороннего лица при заключении сделки. Оно может быть фактическим, если не влечет за собой юридических последствий, и юридическим, если отражается на силе и действительности сделки. К фактическому соучастию относятся: деятельность всякого рода посредников (факторов, маклеров, переводчиков) и советников (юрисконсультов).

Юридическое соучастие может быть необходимым, если оно предписано законом, и добровольным, если предпринимается по желанию контрагентов. Необходимое соучастие, в свою очередь, разделяется на материальное и формальное. Первое касается самого содержания сделки. Так, напр., для вступления в брак необходимо в некоторых случаях согласие родителей, опекунов или начальства. Второе относится к форме заключения сделки. Таково участие нотариуса, свидетелей и пр.

Advertisement

Представительством[1] в обширном смысле слова называется совершение какого-либо действия одним лицом от имени другого так, что все последствия переходят на второе.

В некоторых случаях заменяющее лицо является только передаточным органом, посланцем (nuntius). Напр., А сторговал в магазине вещь, а потом поручает лакею уплатить деньги и взять ее. Такое представительство носит название фактического или, лучше, естественного. Отличительной чертой его служит то обстоятельство, что представитель не определяет содержания и условий сделки, а только передает волю другого лица, уподобляясь таким образом письму или телеграмме.

Ввиду этого некоторые авторы называют естественное представительство представительством в изъявлении воли (Виндшейд). В других случаях, напротив, одно лицо всецело заменяет другое, определяя своею собственной волей характер и условия совершаемого действия. Напр., А на основании доверенности, полученной от Б, ведет его дело в суде. Такое представительство называется юридическим, или представительством в воле.

Из коренного различия между этими двумя видами представительства вытекают следующие последствия. Так как воля естественного представителя, передающего чужую волю, не имеет значения при совершении действия, то от него не требуется ни правоспособности, ни дееспособности; им может быть и ребенок, и сумасшедший, и лишенный прав состояния, и дрессированное животное. Напротив, юридический представитель выражает в действии свою волю, а потому он должен быть правоспособен и дееспособен.

Advertisement

Далее, все условия, необходимые для действительности сделки (свобода и сознательность волеизъявления, форма его и пр.), а также причины, вызывающие недействительность сделки (ошибка, обман и пр.), обсуждаются при естественном представительстве по личности представляемого, а при юридическом – по личности представителя. Наконец, если сделка оказалась ничтожной, то ответственность пред противной стороной всегда падает на юридического представителя, но никогда не касается естественного.

Естественное представительство не имеет значения для юриспруденции, так как не влечет за собой никаких особых юридических последствий для лиц, вступающих в сделку. Напротив, юридическое представительство обладает большою важностью.

Анализируя его понятие, можно выделить три главных признака.

1) Юридическое представительство состоит в совершении юридического действия. Чаще всего таким действием является заключение сделки. Потому-то многие авторы помещают учение о представительстве в главе о сделках. Но это неправильно, так как под понятие сделки не подойдет, напр., ведение на суде чужого дела.

Advertisement

2) Действие совершается одним лицом вместо другого и от его имени. Иными словами, представитель действует не для себя и не в качестве самостоятельного субъекта прав, а для другого, в виде его юридического двойника.

3) Все юридические последствия действия, совершенного одним лицом, переходят непосредственно на другое. Представитель, совершив действие, отходит на второй план и уступает место настоящему контрагенту.

Итак, сущность юридического представительства состоит в том, что исполнение действия и его последствия, обыкновенно соединенные в одном лице, разделяются: исполнение производится одним лицом – представителем, а последствия сразу переходят на другое – представляемого (принципала).

“Первый заключает юридическую сделку, следовательно, является настоящим контрагентом, второй непосредственно приобретает из этой сделки права и обязанности, следовательно, считается ее первоначальным и настоящим субъектом. Отсюда само собой вытекает, что формальные условия действительности договора должны быть обсуждаемы по личности контрагента, т.е. в данном случае представителя; что же касается возможности возникновения из такого договора условленных прав или обязанностей, то принимается во внимание единственно личность принципала, как первоначального субъекта по этому договору” (Нерсесов).

Advertisement

Вследствие этого от представителя требуется только общая дееспособность, нужная для заключения сделок. Напротив, принципал должен обладать конкретной дееспособностью, так как он является субъектом прав и обязанностей, вытекающих из сделки. Напр., несовершеннолетние, достигшие 17 лет, могут вступать в договоры, но не имеют права обязываться без согласия попечителей.

Следовательно, они в состоянии заключить действительный договор в качестве представителей другого совершеннолетнего лица; но если совершеннолетний вступит в обязательство от имени такого несовершеннолетнего по его поручению, то сделка будет недействительна.

Происхождение представительства. По естественному порядку вещей каждый человек действует только за себя и сам несет последствия своих действий. Поэтому если кто-нибудь желает, чтобы другое лицо заключило сделку для него, то он должен дать этому лицу соответствующее поручение, затем уполномоченное лицо заключит нужную сделку на свое имя и последствия ее передаст путем новой сделки своему поручителю. Таким образом, необходимы будут три сделки: А с Б, Б с В и Б с А.

С первого же взгляда видно, что это слишком сложный и неудобный способ передачи последствий сделки. Потребность упростить его вызвала к жизни договор, носящий название доверенности, или поручения, и заключающийся в том, что одно лицо по поручению другого совершает необходимую сделку на свое имя, а затем ее последствия передает другому без новой сделки, а в силу предварительного соглашения. Таким образом, здесь имеются уже не три, а две сделки: А с Б и Б с В.

Advertisement

Однако и этот способ не вполне удобен, так как лицо, которому поручено совершить сделку, может не передать ее последствия поручителю, а оставить ввиду того, что сделка совершена от его имени. Чтобы избежать этого, нужно постановить, чтобы сделка могла быть заключаема одним лицом от имени другого и чтобы ее юридические последствия переходили непосредственно на это другое лицо. Этой цели и удовлетворяет представительство.

История права показывает, что представительство появилось гораздо позже других институтов гражданского права. И это вполне понятно. Неразвитой ум не в состоянии постичь, каким образом одно лицо может вступать в сделку с другим так, чтобы ее последствия переходили на третье. Даже наиболее способный к юриспруденции народ – римляне не могли примириться с идеей представительства. В древнейший период римское право требовало, чтобы каждый действовал и обязывался только за себя.

Но с прогрессом экономической жизни этот принцип был смягчен введением договора поручения (mandatum). Дальнейшим шагом в развитии римского права было допущение некоторых способов, заменявших прямое представительство (actiones adjectitiae qualitatis), и нескольких изъятий из принципа личного заключения сделки (напр., при совершении займа, приобретении залогового права и пр.). Но дальше этого римское право не пошло и представительства в полном объеме никогда не знало.

В средние века началась борьба между принципами римского права и требованиями все более развивавшегося гражданского оборота. Она продолжалась в течение многих столетий и только в новое время (XVII в.) окончилась провозглашением полной свободы представительства. В настоящее время эта свобода признана всеми европейскими законодателями (австр., 1002, 1017; сакс., 788; прус., I, XIII, 1, 85; бав., IV, IX, 7; фр., 1984, 1997, 1998; исп., 1257, 1259; порт., 645, 646; герм., 115-126).

Advertisement

Наше законодательство не содержит в себе общих постановлений относительно представительства, однако из частных случаев несомненно видно, что этот институт признается и допускается в полном объеме (Х, 687, 2326 и др., уст. гр. суд., 249, уст. торг., 24 и пр.).

Виды представительства Некоторые писатели (напр., г. Гордон) различают два вида представительства: прямое, или непосредственное, и скрытое, или посредственное. Под первым они понимают представительство в собственном смысле слова, а под вторым – договор поручения. Однако, как заметил Унгер, выражение “посредственное представительство” заключает в себе внутреннее противоречие: отличительная черта представительства в том и состоит, что последствия юридической деятельности одного лица непосредственно переходят на другое. В силу этого между представительством и договором поручения существует принципиальная разница.

Представитель только заключает сделку, а субъектом вытекающих из нее прав и обязанностей немедленно становится сам принципал. Следовательно, третье лицо, вступив в сделку, становится лицом к лицу с принципалом. Напротив, при договоре поручения и контрагентом, и субъектом сделки служит посредник, а потому он и является ответственным пред третьим лицом, которое вовсе не знает настоящего принципала и может его игнорировать. Таким образом, договор поручения нельзя подводить под понятие представительства; это сходные, но разнородные явления, различные по строению и последствиям.

Далее, представительство может быть законным, или необходимым, если основывается на распоряжении закона, добровольным, или договорным, если вытекает из соглашения, смешанным, если, опираясь на закон, в то же время определяется волею частных лиц, и фактическим, если не имеет никакого юридического основания (Гордон).

Advertisement

Необходимое представительство предписано законом для лиц, лишенных дееспособности, как-то несовершеннолетних, безумных и пр.: их представителями являются опекуны и попечители. Договорное представительство возникает в силу соглашения между частными лицами и рассматривается в обязательственном праве в связи с договором поручения.

Смешанное наблюдается во всякого рода обществах и союзах: они должны действовать посредством особых органов, но эти органы избираются самими членами союзов. Наконец, фактическое выражается в ведении чужих дел без полномочия и без последующего признания со стороны принципала (negotiorum gestio), являясь одним из видов договороподобных обязательств (oblig. quasi ex contractu). О каждой из этих форм представительства будет сказано в соответствующих отделах.

Значение представительства. В современном быту представительство применяется для достижения двух практических целей. Во 1, при помощи его лица, лишенные дееспособности, получают возможность принимать участие в гражданском обороте через посредство своих представителей (опекунов, попечителей).

Во 2, благодаря представительству, лица, которые сами не в состоянии совершить какого-либо юридического действия (по болезни, отдаленности местожительства, недосугу и т.п.), могут поручать исполнение другому лицу. Таким путем юридическая деятельность каждого человека искусственно расширяется. Купец, напр., живет в Петербурге, а его товары при посредстве комиссионеров и агентов продаются во всех городах России.

Advertisement

Основание представительства. При представительстве совершение юридических действий и наступление его последствий, обыкновенно соединенные в одном лице, разделяются: представитель выполняет действие, а последствия переходят на представляемого. Как же объяснить с юридической точки зрения такое явление? Другими словами, на чем основывается это ненормальное отделение причины от следствия?

“На юридической фикции, по которой воля представителя рассматривается как воля представляемого”, отвечает большинство авторов (Виндшейд, Унгер, Лабанд, Гарейс и др.); “просто на постановлении закона”, говорят другие (проф. Нерсесов); “при представительстве имеются две сделки: представителя с третьим лицом и принципала с ним же, но первая сделка обессиливается второю и уступает место ей”, утверждают третьи (Тёль, Кунце); “представитель передает чужую волю, не выражая своей, а потому сделку заключает сам принципал”, замечают четвертые (Савиньи, Дернбург, французские авторы).

Ни с одной из этих теорий нельзя согласиться. Первая неудовлетворительна потому, что прибегают к фикции, т.е. заведомо ложному предположению, когда в нем нет никакой надобности. Вторая справедлива только по отношению к одному виду представительства – необходимому, которое действительно основывается на законе. Третья извращает факты: при представительстве сделку с третьим лицом заключает не представитель и представляемый, а один представитель. Четвертая неправильно отождествляет юридического представителя с естественным.

Коренная ошибка всех этих теорий заключается в том, что они ищут одного основания для всех видов представительства. Между тем таких оснований, как уже было замечено, несколько: в необходимом – закон, в добровольном – договор, в смешанном – закон и договор вместе, в фактическом – договороподобное отношение (об этом см. в обязат. пр.).

Advertisement

Затем другой, не менее важной, погрешностью многих из указанных писателей служит то обстоятельство, что они не могут отрешиться от точки зрения римского права. Юридические воззрения римлян были проникнуты крайним субъективизмом: каждый считался способным приобретать права и обязываться только для себя. Потому-то римское право не допускало договоров в пользу третьих лиц, бумаг на предъявителя, переуступки обязательств и пр. По тому же самому прямое представительство казалось римлянам ненормальным явлением.

Многие авторы (напр., Тёль, Кунце, Пухта), усвоив себе такую точку зрения, прибегают к более или менее замысловатым способам с целью оправдать допустимость добровольного представительства в современном юридическом быту. Однако ларчик открывается гораздо проще. Основным началом гражданского права цивилизованных народов является свобода договоров: частным лицам дозволяется заключать какие им угодно договоры, лишь бы только они не противоречили прямому запрету закона.

Вследствие этого современное правосознание находит вполне нормальными явлениями договоры в пользу третьих лиц, бумаги на предъявителя, а равным образом и представительство. В самом деле, добровольное представительство слагается из двух договоров: принципала с поверенным и поверенного с третьим лицом.

Первым договором принципал уполномочивает поверенного заключить сделку от своего имени и в свою пользу; во втором договоре третье лицо соглашается заключать сделку с поверенным на имя принципала. Таким образом, юридические последствия сделки переходят на принципала не в силу фикции, не по распоряжению закона, а по взаимному соглашению всех трех заинтересованных лиц.

Advertisement

[1] Учению о представительстве посчастливилось в нашей литературе: ему посвящено несколько солидных трудов, именно проф. Казанцева (“Учение о представительстве в гражданском праве”, 1879, вышел один выпуск), проф. Нерсесова (“Понятие добровольного представительства в гражданском праве”, 1879) и г. Гордона (“Предст. в гр. пр.”, 1879, и “Представительство без полномочия”, 1893).

В то время как проф. Казанцев и Нерсесов исследуют почти исключительно теоретическую сторону вопроса, г. Гордон отводит много места нашему законодательству и судебной практике. Кроме этих сочинений, на русском языке имеется еще компилятивная брошюрка г. Евецкого (“О представительстве при заключении юридических сделок”, 1878) и неоконченное исследование проф. Гамбарова (“Добровольная и безвозмездная деятельность в чужом интересе”, 2 вып. 1879–1880), остановившееся на обосновании фактического представительства.

Наиболее пригодно для первоначального ознакомления с вопросом ясно и сжато написанное и стоящее на теоретически правильной точке зрения сочинение проф. Нерсесова. Иностранная литература приведена последним автором и проф. Казанцевым. Из новейших не указанных ими монографий можно назвать следующие: Hellman. Die Stellvertretung in Rechtsgeschäften, 1882; Mitteis. Die Lehre von der Stellvertretung, 1885.

Advertisement

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.