Положение наследника после принятия

Вследствие принятия наследства прекращается переходное состояние как наследства, так и наследника. Принявший наследство делается heres, а если он преторский наследник, то heredis loco.

Наследник как бы продолжает личность наследодателя: к нему переходят семейные sacra, а вместе с тем переходят и все права покойного, за исключением немногих строго личных (так называемые jura personalissima – например, право предъявлять actio injuriarum и т.д.).

Наследство во всех своих составных частях сливается с собственным имуществом наследника в одну безраздельную массу; наследник делается собственником наследственных вещей, кредитором наследственных требований и должником по наследственным долгам.

Если между ним и наследодателем существовали раньше какие-либо обязательства, то они погашаются теперь посредством слияния (confusio).

Но это слияние наследства в одну безразличную массу с собственным имуществом наследника могло оказаться невыгодным для разных лиц.

Прежде всего оно могло оказаться невыгодным для кредиторов покойного наследодателя: при жизни последнего они могли получить полное удовлетворение из его имущества; теперь, вследствие его смерти, наследство попадает в руки наследника, быть может, обремененного чрезмерно долгами, вследствие чего кредиторы покойного, смешавшись с многочисленными кредиторами наследника, рискуют по своим требованиям получить лишь незначительный процент.

Ввиду этого претор предоставил кредиторам наследства особую льготу – так называемый beneficium separationis. Они могут испросить у претора отделения наследственной массы от личного имущества наследника и обращения ее на преимущественное удовлетворение только их требований.

Если после их полного удовлетворения еще что-либо останется, то остаток поступит в имущество наследника и таким образом пойдет на удовлетворение его личных кредиторов: но, с другой стороны, если наследства не хватало, то наследственные кредиторы не могли уже участвовать в конкурсе над наследником.

Подобное же невыгодное положение могло возникнуть и для кредиторов наследника, если он примет обремененное долгами наследство. Однако для них претор beneficium separationis не дает – на том основании, что вообще должнику не запрещается делать новые долги, чем, конечно, всегда положение прежних кредиторов ухудшается (fr. 1 pr. 1 и 2. D. 42. 6).

Слияние масс могло, наконец, оказаться невыгодным и для самого наследника, когда, вопреки всем его расчетам, в наследстве оказалось гораздо больше долгов, чем имущества, и ему придется теперь отвечать за наследственные долги из своего собственного кармана.

Принципиально римское право до конца сохранило начало безусловной ответственности наследника, хотя постепенно значительно его ослабило. Уже претор стал давать restitutio in integrum лицам, не достигшим 25 лет (minores); император Адриан предоставил возможность испрашивать такую restitutio и лицам старше 25-летнего возраста.

Но эта restitutio in integrum представляла экстраординарное средство, даваемое только в особых случаях causa cognita[1] и приводившее к полному уничтожению самого принятия наследства.

В виде особой привилегии для солдат императором Гордианом было установлено, что они всегда отвечают только в пределах полученного наследства. Наконец, после этих частичных опытов императором Юстинианом в указе 531 г. (с. 22 С. 6. 30) была введена общая льгота – так называемый beneficium inventarii.

Если наследник в течение 30 дней со времени delatio начнет составление описи (inventarium) наследства при участии свидетелей и нотариуса и в течение следующих 60 дней доведет ее до конца, то он отвечает за наследственные долги только в размерах описанного наследства – intra vires hereditatis.

Для защиты своих наследственных прав наследник имеет различные средства. Во главе этих средств стоит общий иск о наследстве, иск, которым отыскивается все наследство как universum jus defuncti[2], – hereditatis petitio.

В старину она осуществлялась посредством legis actio, и, как было уже упомянуто, в таком виде процесс о наследстве сохранялся еще долго перед судом центумвиров – даже после того, как вообще legis actiones были заменены производством формулярным. Позже hereditatis petitio стала осуществляться посредством formula petitoria (“Si paret hereditatem L. Titii ex jure Quiritium Ai Ai esse”[3]).

Иск этот идет против всякого, кто или оспаривает наследственное право истца, выдавая себя за наследника (qui pro herede possidet), или же просто удерживает у себя наследственные вещи, не указывая в свое оправдание никакого титула (qui pro possessore possidet).

Ответственность по этому иску была точнее определена в senatusconsultum Juventianum 129 г. по Р. Х. На основании этого senatusconsultum bonae fidei possessor (то есть ответчик, добросовестно веривший в свое право) обязан выдать только то, что у него еще из наследства осталось; напротив, malae fidei possessor обязан возвратить наследство таким, каким оно к нему поступило, а также все плоды и доходы от него за время владения.

Преторский наследник, то есть bonorum possessor, имел interdictum quorum bonorum, который в некоторых отношениях подлежал тем же правилам, что и hereditatis petitio.

Но так как этот интердикт имел своею целью только получение владения наследственными вещами и не имел места относительно наследственных требований, то в позднейшем праве bonorum possessor’у стали давать иск, вполне аналогичный hereditatis petitio, – так называемую hereditatis petitio possessoria.

С переходом к процессу экстраординарному различие между обоими видами hereditatis petitio окончательно стерлось, а interdictum quorum bonorum стал средством для скорейшего получения провизорного владения наследством.

Против лиц, которые не оспаривают наследственного права наследника, а только по другим основаниям не желают возвращать наследственных вещей или платить по наследственным требованиям, наследник имеет сингулярные иски – те самые, которые имел бы и сам наследодатель, то есть rei vindicatio, actio empti и т.д.

Если бы наследник вместо hereditatis petitio против того, кто оспаривает самое наследственное право, пожелал бы действовать сингулярными исками, чем, конечно, осложнил бы положение ответчика, то последний может отклонить эти иски посредством exceptio ne praejudicium hereditati fiat[4].

Если наследник не один, а несколько, тогда между ними сначала возникает общность на наследственное имущество – communio incidens: все являются condomini[5] в размере своих наследственных долей.

Что касается наследственных требований и долгов, то они – если, разумеется, их содержанием является что-либо делимое (например, денежная сумма) – уже в силу правила законов XII таблиц ipso jure распадаются на соответственные доли: “nomina sunt ipso jure divisa”[6].

Напротив, требования и долги неделимые создают солидарные права и солидарную ответственность всех наследников вместе. Но каждый наследник в любой момент может потребовать раздела наследства посредством actio familiae erciscundae.

При наследовании нескольких coheredes в некоторых случаях имеет место так называемая collatio bonorum, то есть обязанность присчитать (conferre) к подлежащей разделу наследственной массе некоторые виды своего собственного имущества.

Древнейший случай такой collatio мы уже видели при наследовании filius emancipatus рядом с его братьями, остававшимися под властью наследодателя. Другой случай есть collatio dotis: дочь, получившая при выходе замуж приданое, если желает затем участвовать в наследстве после своего отца рядом с другими детьми его, должна внести в раздел свою dos.

Законодательство императорского времени (в особенности закон императора Льва 472 г.) обобщило идею collatio, установив, что вообще при наследовании после восходящих наследующие должны внести в наследственную массу то, что каждый из них получил от наследодателя в виде dos, donatio propter nuptias или для самостоятельного устройства (например, для занятия какой-нибудь должности); это так называемая collatio десцендентов.

Lex Julia et Papia Poppaea, рядом с известными положениями об incapacitas и caducum, установила также, что в некоторых случаях наследство, уже принятое наследником, может быть отнято у него как у недостойного – indignus.

Отнимаемое таким образом наследство – ereptorium – передается или другим наследникам, или в казну, причем казна функционирует heredis loco[7], выполняет все назначенные в завещании отказы, уплачивает наследственные долги и т.д. Случаи такой indignitas наследника довольно многочисленные – тем более, что в позднейших императорских указах число их было значительно увеличено.

Важнейшими из них являются преступления против наследодателя: умерщвление его, уничтожение составленного им завещания, умышленное воспрепятствование составить завещание, неосновательное предъявление querela inofficiosi testamenti и т.д.


[1] Causa cognita – “по выяснении причины”.

[2] Universum jus defuncti – “единое право умершего лица”.

[3] Formula petitoria: “Si paret hereditatem L. Titii ex jure Quiritium Ai Ai esse” – “Исковая формула: “Если окажется, что наследство Луция Тиция по праву квиритов принадлежит Авлу Агерию…””.

[4] Exceptio ne praejudicium hereditati fiat – возражение ответчика, связанное с тем, что спору об отдельных элементах наследственного имущества должно предшествовать решение вопроса о праве на наследство в целом.

[5] Condomini – совместные собственники.

[6] Nomina sunt ipso jure divisa – “долги делимы в силу характера самого права”.

[7] Heredis loco – вместо наследника.

Иосиф Покровский

Российский правовед, профессор, доктор римского права.

You May Also Like

More From Author