9 messidor an III (27 июня 1795 г.)[1] издается декрет, предназначенный выполнить давнее обещание революционного правительства – поставить вотчинно-ипотечный оборот на твердую почву.
Ассамблея-конституанта не имела времени обработать материалы и направила их в законодательную ассамблею, которая и поручила заняться ими одной из своих комиссий. Доклад был уже редактирован, но санкции не получил, так как законодательная ассамблея была распущена раньше, чем могла обсудить его.
В новейшее время правообразование в области, нас интересующей, пошло тремя более или менее значительно отличными друг от друга путями, приведшими к трем различным современным типам вотчинно-ипотечного режима, под которые сводятся без остатка и без затруднений все культурные законодательства нашего времени.
Очерченный нами период первых проявлений нового движения в области права, регулирующего вотчинный оборот и реальный кредит, представляет собою эпоху образования чисто внешней, формальной, стороны вотчинно-ипотечного режима, которая позднее послужила основой для изменений самого материального права.
Вотчинно-ипотечное установление называется LT-Amt, Vormerkungs-Amt, Weiss-Boten-Amt. Новые функции были вверены местами прежним установлениям, отправлявшим более или менее аналогичные функции. По крайней мере, в большинстве случаев установление было единоличным.
Это оживление и открывается изданным при Карле VI Landtafel-Patent für Steiermark v. 15 Mz. 1730, осуществляющим давно решенное в принципе дело
Во второй половине 18 столетия, именно в 1771 г., делается опять попытка урегулировать оборот недвижимостей, и снова – на началах ипотечной, но вотчинной системы. Эдикт 1771 г. открыто заявляет о своей преемственной связи с обоими эдиктами от марта 1673 г.
Так, эдиктом от 1669 г. дается ограничительное толкование декларации 1665 г., слишком расширявшей законные ипотеки фиска на имущество чиновников-коннетаблей. А когда на практике и эдикт 1669 г. стали толковать в духе декларации 1665 г.
От того же марта 1673 г. мы имеем и другой еще эдикт, преследующий аналогичные первому цели, но лишь в специальной сфере ипотек, обременяющих ренты, установленные на королевские домены.
Задуманный другим знаменитым государственным мужем Франции, Кольбером, эдикт 1673 г. пытается ввести гласный вотчинно-ипотечный режим во всей Франции, т.е. и в странах обычного права, в которых сохранились nantissement, appropriance и т.д.