Общая теория права Классика Основы государственного строя

Энциклопедия права

Friedlander. Juristische Encyclopadie oder System der Rechtswissenschaft. Heidelberg. 1847. Ortloff. Die Encyclopadie der Rechtwissenschaft in ihrer gegenwartigen Bedeutung. Jena. 1857. Орнатский. Сравнительный взгляд на нынешние понятия об энциклопедии и понятия о ней древних греков и римлян. Сборник, изд. в воспоминание 12 января. М. 1855. Статья VII.

Редкин. Обозрение литературы по юридической энциклопедии. В юридических записках, изд. Редкиным иЯневичем-Яновским, т. V. СПб. I860. Карасевич. Энциклопедия права. Курс лекций. Вып. I. Ярославль. 1872; Зверев. Энциклопедия права в ряду юридических наук // Юридический Вестник. 1880. № 1.

В объединенном словоупотреблении энциклопедия не обозначает особой науки. Под энциклопедией разумеют не науку, а круг наук. Например, говорят об энциклопедии наук Бэкона[1], Вольфа[2], Конта, имея в виду при этом установленные ими классификации наук.

Advertisement

Применяя название энциклопедии к сочинениям, разумеют под энциклопедиями книги, содержащие в том или другом порядке, хотя бы в алфавитном, обозрение содержания более или менее обширной группы наук, или даже всех наук вообще.

Такое понимание энциклопедии находит себе основание и в этимологии этого слова. Оно образовалось из греческого выражения, обозначавшего круг наук, входивших в состав среднего образования. С тем же значением выражение это употреблялось римлянами. Собственно же слово энциклопедия, циклопедия (эта форма и сейчас употребляется в английском языке) или даже просто педия, вошло в употребление не ранее XVI столетия.

Первая книга, носящая это название, есть сочинение Рингельберга: Ringelbergius. Lucubrationes vel potius absolutissima kyklopaideia. 1541. Тут собраны статьи по грамматике, диалектике и риторике и в особом отделе: «chaos» помещено все неподходящее под названные рубрики.

Перенося такое понимание энциклопедии в частности на энциклопедию права, и под нею разумеют не более как общий, краткий очерк содержания всех вообще юридических наук в совокупности. Первой книгой, носящей название энциклопедии права, было сочинение Гунниуса, 1638 года.

Advertisement

Но Гунниус только первый употребил название энциклопедии права. Под другими же заглавиями книги подобного содержания составлялись и до него. Первым сочинением по энциклопедии права обыкновенно признается Speculum judiciale Дурантиса, 1275 года, но едва ли справедливо[3].

Основанием этому послужило то, что содержание Зерцала относится и к римскому и к каноническому праву. Но одно это обстоятельство не может служить достаточным основанием признать Зерцало Дурантиса энциклопедиею. Во-первых, оно обнимает собою не все право: в нем не содержится вовсе феодального права.

Римское же право так тесно связано с каноническим, что совместное их рассмотрение требовалось и помимо всяких энциклопедических целей. Во-вторых, Зерцало Дурантиса предназначалось служить руководством не для изучения права в его целом, а для юристов-практиков, в их судебной деятельности.

Свои общие взгляды на право автор изложил в небольшом Prooemium, где различает, между прочим, шесть законов по числу крыльев херувима: per sex alas, sex leges intellige; prima est lex natur alis, secunda mosaica, tertia prophetica, quarta evangelica, quinta apostolica, septa canonica.

Advertisement

Правильнее относить возникновение энциклопедической литературы к XVI веку, когда явилось множество произведений методологического и систематического характера, обнимавших все отрасли права. Из них особенного внимания заслуживает сочинение немецкого юриста JIaryca: Lagus. Methodica juris utriusque tradition. 1543-

Оно имело до конца столетия, по крайней мере, еще семь изданий и кроме того два раза было издано в переработке Фрейгиуса. Все это указывает на большой его успех. Эта книга должна быть признана первой систематической энциклопедией права.

Она обнимает собою не только частное и публичное право, но также положительное и философское, и все его сочинение сообразно с этим делится на две части,-1 pars philosophica и II pars historica. В первой из них рассматривается происхождение права (законодательство и обычаи), истолкование и применение законов, аналогия, фикция; кроме того, тут же изложено его учение об естественном праве.

Во второй части говорится о положительном праве. Тут характеризуются отдельные институты (forma juris), причем относительно каждого ставятся следующие четыре вопроса: 1) кому принадлежит право? 2) как оно приобретается? 3) как оно теряется? 4) как оно охраняется?

Advertisement

Название энциклопедии права появляется, как мы уже сказали, не ранее XVII столетия. Первое произведение с таким названием есть книга Гунниуса: Hunnius. Encyclopaedia juris universi. Colon. In folio. 1638. Оно было затем издаваемо вновь в 1642, 1658 и 1675 годах.

Все сочинения делятся на пять частей и представляют обозрение права по совершенно внешней системе: 1) ш ярсош (jus personae); 2) de judiciis et processu judiciario; 3) de contractibus; 4) de material ultimarum (где рассматривается и наследование по закону).

Гунниус признается всеми историками литературы юридической энциклопедии не только первым, употребившим его в XVII веке, но и единственным. Но это ошибочно. Через два года после выхода в свет книги Гунниуса, в 1640 году, во Франкфурте явилось сочинение под заглавием: Encyclopaedia juris publici, privatique, civilis, criminalis, feudalis, autore Philippo a Vorburg.

Эта книга начинается с речи Галлуция о значение всеобщей энциклопедии, после чего следует предисловие самого Форбурга об юридической энциклопедии. Затем, сама книга состоит из двух частей, весьма неравных по объему: 1) собрание юридических правил, Nux regularis juridica sive accurata et articulosa Enucleatio atque expositio omnium juris civilis regularum, составленное Вольфгангом Сигизмундом, ашафенбургским деканом, и 2) юридический словарь.

Advertisement

Кроме этой энциклопедии Форбурга в 1675 г. вышло, также не упоминаемое никем из энциклопедистов, сочинение Унферферта (J. М. Unverfarth) (10) Paediae Jurisprudentiae. Он так определяет «педию»: paediae vocabulum proprie significat institutionem puerilem, qua, si bona sit IGOV 7TOU5OV animi ad virtutes et bonas artes capessendas subiguntur (p. 2).

Целей педии он насчитывает семь, между прочим, определение границ отдельных наук (1), определение источников и критериев научных истин (3), научного метода (4) и ознакомление с литературными пособиями (7). Сообразно с этими целями распадается и изложение книги.

Вся она делится на 23 главы, содержащие исключительно изложение общих вопросов, подобных указанным нами, а отнюдь не изложение содержания отдельных наук. Поэтому книга Унферферта, по своему содержанию, должна быть поставлена выше книги Гунниуса.

В XVIII веке в юридическо-энциклопедической литературе появляется два существенно различных направления. Это столетие было эпохой наибольшего разъединения философского и положительного знания, что отразилось и на энциклопедиях. Одни из них написаны под влиянием догматического или положительного, как его тогда называли, направления.

Advertisement

Такова, например, энциклопедия Стефана Пюттера (St. Putter. Entwurf einer juristischen encyclopadie. Gottingen. 1757), который собственно и ввел название энциклопедии в общее употребление и вместе с тем отделил от энциклопедии методологию, что едва ли можно считать заслугой. Другие энциклопедии принадлежат к философскому направлению.

Таков характер произведений Неттельбладта, известного последователя Вольфа. Он написал несколько руководств по энциклопедии, пользовавшихся в свое время большою известностью. Но влияние вольфовой и кантовой философии на энциклопедическую литературу было лишь внешнее, формальное.

Энциклопедии, написанные под влиянием этих философских систем, оставались по-прежнему лишь кратким очерком содержания специальных наук — не более. Философское учение давало подходящую форму для такого конспектообразного изложения, давало готовые схемы, рубрики, категории, но не давало внутреннего единства изложения, не давало обобщающей и объединяющей мысли.

Только с начала настоящего столетия такой характер юридических энциклопедий меняется. Являются новые, более высокие требования к энциклопедии. Энциклопедисты уже не довольствуются только кратким изложением содержания отдельных юридических наук.

Advertisement

Они стремятся создать из энциклопедии самостоятельную науку, имеющую свою особую задачу. Это новое направление, видящее в энциклопедии не особый только прием изложения науки, а особую, самостоятельную науку, сложилось под непосредственным влиянием учений Шеллинга[4] и Гегеля[5], впервые заговоривших об энциклопедии, как о науке.

Мысль о необходимости возвысить энциклопедию до степени самостоятельной науки является в силу сознания неудовлетворительности обыденного ее понимания. Существование энциклопедии обусловливается, конечно, тем, что неудобно начинать изучение права со специальных наук, напр., гражданского или государственного права; излагая части, они предполагают уже знакомство с целым рядом общих юридических понятий, напр, о праве в субъективном и объективном смысле, об юридическом институте, о правоспособности и дееспособности и т. п.

Даже история права и та предполагает уже знакомство с этими понятиями, так как всякая история есть прежде всего перевод исторических явлений на язык современных понятий. Таким образом действительно чувствуется потребность в особом курсе, вводящем в изучение права, устраняющем необходимость начинать прямо с частей неизвестного целого.

Но соответствует ли этой цели предлагаемое средство, это очень сомнительно. Сомнительно, чтобы краткий очерк всех частей правоведения мог действительно ввести в изучение правоведения. Если неудобно начинать с подробного изучения частей, то так же неудобно начать и с неподробного, так как неудобство это обусловлено не подробностью, а частностью, отрывочностью изучения.

Advertisement

Если человек ознакомится со значением главнейших терминов, с разделением науки на отдельные отрасли и с содержанием каждой из них, его изучение права не сделается еще от этого осмысленнее. Получить краткое понятие о частях — не значит еще получить понятие и о целом.

Соединение частей в одно живое целое не есть вовсе такое легкое и простое дело, чтобы оно само собой давалось каждому ознакомившемуся с частями. Это доказывается уже тем, что, как увидим ниже, до сих пор общая система права составляет еще предмет контроверз.

Краткое обозрение всех частей правоведения даже еще менее способно ввести начинающего в изучение права, чем специальное изучение одной какой-нибудь отрасли. Специальное изучение, не стесненное требованиями легкости и краткости, может уделить достаточно времени на рассмотрение данной отрасли именно в связи с целым.

Излагая все содержание данной отрасли правоведения, сразу вводишь изучающего in medias res. Богатство содержания заинтересовывает его, а строгая научность изучения приучает к научному методу исследования. Краткое, конспектообразное изложение, напротив, уже по скудности содержания вовсе не может заинтересовать. Будучи легким, оно не проникает в глубь предмета и вместо зерна дает только скорлупу.

Advertisement

К этим сомнениям, вытекающим из условий преподавания, присоединяется ряд других. Потребность в общем знакомстве с наукой, как с целым, чувствуется не только начинающими. И специалист, самостоятельно разрабатывающий частные вопросы науки, чувствует ту же потребность.

Развитие науки ведет все к большей специализации. Подобно другим наукам и в правоведении специализация делает все большие и большие успехи. Между старыми юристами самостоятельное изучение всех отраслей права не было редкостью.

Еще в первой половине настоящего столетия можно указать немало писателей, одинаково известных в истории двух или трех юридических наук. Таков, например, К С. Цахариэ, публицист и цивилист, Гефтер, криминалист и международник, Блунчли[6], международник, публицист и цивилист, и т. п.

Но теперь и в правоведении деятельность отдельных ученых ограничивается все более узкой сферой. Сосредоточение самостоятельного исследования в более ограниченной сфере, требуемое развивающейся специализацией, не обусловливает, однако, необходимым образом узкости и мелочности получаемых от такого специального исследования научных результатов.

Advertisement

И строго-специальное исследование может, при надлежащей постановке, привести к широким результатам, проливающим свой свет на все человеческое миросозерцание. Лучшее доказательство этому пример Дарвина[7].

Будучи зоологом и оставаясь им, он пришел, однако, к Установлению в своем учении о происхождении видов такого широкого обобщения, что на нем строится теперь целое новое мировоззрение, с полным правом называемое «дарвинистическим».

Но для такой плодотворности специального изучения надо дать ему надлежащую постановку, надо, работая над частным вопросом, не терять из виду общих задач познания, надо на разработку частностей смотреть не как на цель, а как на средство.

Словом, каждый специалист, как бы частей ни был предмет его исследования, должен ставить себе целью знание, как одно целое. Для этого необходимо уже иметь представление о науке как о целом, соответствующее данной стадии развития научного знания. Но откуда возьмет его специалист? Выработать его сам может далеко не всякий.

Advertisement

Для этого требуется обыкновенно так много труда, что не осталось бы времени для разработки своей специальности, потому что «краткое обозрение содержания различных наук» решительно не способно привести к объединяющему представлению о науке, как о целом.

Такое краткое обозрение не может точно также определить соотношения частного вопроса, служащего предметом изучения специалиста, с другими научными вопросами: не может потому, что по краткости своей большинства частных вопросов оно не коснется.

Таким образом, энциклопедия, в обыденном ее понимании, не способна удовлетворить ни учебной, ни, тем более, научной потребности в обобщающем представлении о науке, как о целом.

Эти недостатки постановки энциклопедии, как краткого и легкого обзора, эта нецелесообразность в понимании энциклопедии, как конспекта других наук, не могла не привести к мысли о необходимости придать энциклопедии характер самостоятельной науки, имеющей своей задачей выяснение общей связи различных вопросов, изучаемых специальными науками в отдельности.

Advertisement

Эту-то мысль и развил Шеллинг в своих «Чтениях об академическом изучении». Согласно своему общему мировоззрению, по которому все в мире находится в органической связи, он и на науку смотрел как на живой организм. Отдельные отрасли ее — не мертвые, механические части, а также живые части живого целого.

Как орган любого организма может быть понят лишь только под условием его изучения в связи с целым организмом, так и каждая отрасль науки может быть понята и изучена настоящим образом только в связи с целым. Поэтому, прежде изучения специальных отраслей, необходимо ознакомиться с наукой, как одним целым.

Этой цели и должна служить энциклопедия, имеющая своим предметом целостное изучение всей области человеческого ведения и являющаяся, таким образом, не одной из специальных наук, а наукой наук, стоящей над другими науками, потенцированной наукой, уже содержащей в себе все то, что с подробностью раскрывается в науках специальных.

Учение Гегеля представляет еще более смелый и стройный синтез. В нем весь мир является не чем иным, как непрерывным диалектическим саморазвитием абсолютного мышления. Этот синтетический взгляд он распространил и на науку, которая сама, являясь одним из моментов диалектического развития, также представляет в своих отраслях моменты диалектического движения.

Advertisement

Поэтому, естественно, он требовал изучения отдельных отраслей знания в связи с целым, так как специальные науки являются для него лишь моментами диалектического развития одной целой науки.

Идеи, высказанные Шеллингом и Гегелем, вызвали значительное оживление энциклопедической литературы. Лучшие из новейших юридических энциклопедий все написаны под более или менее прямым влиянием этих идей.

Из энциклопедий, написанных в духе Гегеля, заслуживают внимания энциклопедии Карла Пюттера (Putter Karl. Der Inbegriff der Rechtswissenschaft, oder juristische Encyclopadie und Methodologie. 1846), впервые включившего в энциклопедию изложение всеобщей истории права, и Фридлендера (Friedlander. Juristische Encyclopadie oder System der Rechtswissenschaft. 1847), представившего в небольшой своей книжке лучшую попытку целостного изложения энциклопедии, как особой науки.

Энциклопедии, явившиеся под непосредственным влиянием философской системы Шеллинга, какова, напр., энциклопедия Рудгарта (Rudhart, Encyclopadie und Methodologie der Rechtswissenschaft. 1823), не отличаются особыми достоинствами.

Advertisement

Но зато в духе органического мировоззрения, составляющего самое важное основание Шеллингова учения, написаны три лучшие из новейших немецких энциклопедий: Аренса, Варнкенига и Вальтера.

У Арсена (Ahrens, Juristische Encyclopadie, 1857, имеется и русский перевод) органическое мировоззрение является в том виде, как оно видоизменено было Краузе[8], одним из последователей Шеллинга; Варнкенинг (Warnkanig, Juristische Encyclopadie, 1853) в своей энциклопедии является последователем также органического учения Фихте младшего, и, наконец, в энциклопедии Вальтера (Walter, Juristische Encyclopadie, 1856) органическое направление соединяется с теологизирующим направлением Шталя[9].

Все названные энциклопедии настоящего столетия являются, таким образом, принадлежащими к философскому направлению. Направление это не было, однако, единственным. Как и в XVIII веке, наряду с ним замечается и противоположное направление, принимающее теперь преимущественно исторический характер.

В духе такого исторического направления написаны энциклопедии Фалька (Falck. Juristische Encyclopadie. 1821.5. Ausgabe v. Ihering. 1851) и Блюме (Bluhme. Encyclopadie der in Deutschland geltenden Rechte, 1 Ausg. 1847-54. 2 Ausg. 1855-1869).

Advertisement

Сороковые и пятидесятые годы настоящего столетия были эпохой наибольшего процветания энциклопедической литературы. Но затем наступил ее упадок. Если не считать книги Гольдшмидта (Goldschmidt, Encyclopadie der Rechtswissenschaft. 1862), дающей не изложение энциклопедии, а только краткую схему курса с указанием литературы, то после названных сочинений до восьмидесятых годов не являлось более в Германии ни одной попытки целостного изложения энциклопедии.

Энциклопедия правоведения Гольцендорфа (Encyclopadie der Rechtswissenschaft hrsg. v. F. Holtzendorf. 5 Ausg. 1889) представляет собою не более как сборник статей различных авторов. Статьи эти соединены в два отдельных тома.

В первый вошли краткие очерки отдельных юридических наук, которым предпослан краткий очерк общего учения о праве Меркеля[10]. Второй представляет собою юридический словарь. Таким образом, о научной выработке энциклопедии, как ее понимали Шеллинг и Гегель, не может быть и речи.

Только в 1885 году появилась новая попытка систематической обработки энциклопедии — «Юридическая энциклопедия» Меркеля (Merkel, Juristische Encyclopadie. 1885), но в ней и помину нет о замысле энциклопедистов пятидесятых годов сделать из энциклопедии потенцированную науку.

Advertisement

У Меркеля дело ограничивается обзором отдельных юридических наук, и, следовательно, автор не признает энциклопедию особой, самостоятельной наукой. Это нисколько не умаляет значения названного произведения Меркеля. Особенно первая, общая часть его энциклопедии, дающая краткий очерк общей теории права, представляет весьма ценный и интересный вклад в современную юридическую литературу.

То же самое должно сказать и об энциклопедии Гареиса (Gareis. Encyclopadie und Methodologie der Recthtswissenschaft. 1887)[11]. Она даже еще более имеет характер простого обозрения содержания отдельных юридических наук, так как общая часть в ней получила гораздо меньшее развитие. Сам Гареис определяет энциклопедию как систематическое обозрение права.

Небольшая книжка Ратковского (Ratkowsky. Encyclopadie der Rechts und Staatswissenschaften, als Einleitung in deren Studium. Wien. 1890) распадается на три части. В первой — выясняются основные юридические понятия, во второй — дается обозрение собственно юридических наук, в третьей — государственных. Все это на ста страницах.

Таким образом, авторы новейших сочинений по юридической энциклопедии не задаются уже более мыслью создать из нее новую самостоятельную науку. Чем же объяснить это? Почему после целого ряда попыток возвысить энциклопедию на степень науки снова возвращаются к старому, уже было совсем осужденному пониманию ее как краткого изложения содержания специальных наук без всякого внутреннего единства, иногда даже в чисто случайном, азбучном порядке?

Advertisement

Объяснение этому явлению может быть только одно. Очевидно, юристы изверились в возможности осуществления идей, выставленных Гегелем и Шеллингом. Создать из энциклопедии науку, которая бы была вместе и самостоятельной, особой наукой и обнимала бы собою содержание всех отдельных наук, оказалось невозможным.

Немецкие философы исходили из того соображения, что каждый частный вопрос должен быть изучаем не иначе, как в связи с целым: иначе изучение лишается живого значения и плодотворности. Но это требование одинаково применимо к каждой науке, как общее необходимое условие истинной научности.

В таком характере изучения нельзя видеть особенности одной только энциклопедии. Чтобы быть самостоятельной наукой, она должна иметь особое самостоятельное содержание. Каково же содержание энциклопедии? В ответ на это мы получаем указание, что энциклопедия обнимает собою содержание всех наук.

Но на это можно возразить словами Конопака: или энциклопедия не есть одна из наук, или она не может обнимать собою содержания всех наук, ибо сумма не может равняться одному из слагаемых. Да и помимо такого более формального аргумента, нельзя не заметить, что существование энциклопедии как науки наук делало бы бесцельным и бессмысленным существование всех других наук. Ведь содержание всех их объемлется энциклопедией.

Advertisement

И наоборот: самая дробность нашего знания делает необходимым существование многих наук и немыслимым существование такой «потенцированной» науки, которая могла бы включить в себя содержание всего человеческого знания, как одно целое. Поэтому едва ли в теперешнем упадке энциклопедической литературы можно видеть лишь временное явление. Скорее это признак несостоятельности самой идеи энциклопедии.

Мы остановились в своем изложении истории энциклопедической литературы исключительно на Германии, потому что только немецкая литература представляет в этом отношении самостоятельное и преемственное развитие.

Если на других языках и являлись энциклопедии права, они были подражанием немецким и представляли собою разрозненные, не связанные преемственным развитием явления. В нашем отечестве преподавание энциклопедии начато было еще в конце прошлого столетия немецкими юристами, преподававшими в Московском университете.

Первым преподавателем юридической энциклопедии был известный Баузе, следовавший началам Вольфовой философии. За ним следовал Пургольд. Но преподавание энциклопедии было тогда только делом частной инициативы. В число обязательно преподаваемых предметов энциклопедия права была внесена впервые университетским уставом 1835 года[12].

Advertisement

Около этого времени появляются и первые русские энциклопедии права. До издания устава 1835 года появилась только энциклопедия Дегая под заглавием: «Пособия и правила изучения российских законов или материалы к энциклопедии, методологии и истории российского права», 1831 года.

Книга эта чисто компилятивного характера и в настоящее время может представлять интерес разве только для ознакомления с состоянием нашего правоведения до издания Свода Законов. Следующая за ней по времени книга Неволина «Энциклопедия законоведения» (1839-1840 гг., второе посмертное издание 1857 года)[13] стоит уже несравненно выше по научному достоинству.

По содержанию своему она распадается на три части. В начале дается очень небольшое, впрочем, философское введение, выясняется понятие права. Тут автор стремится соединить вместе философские учения Гегеля и Шталя, отстаивая согласно с Шталем существование личного Божества, свободно руководящего судьбами мира.

Затем следует история философии законоведения и история положительного законоведения. В истории философии автор дает подробный анализ отдельных философских учений, основанный на непосредственном их изучении в источниках. История положительного законоведения обработана менее самостоятельно.

Advertisement

Совершенно иной характер имеет «Энциклопедия законоведения» Рождественского (1863 года). История философских учений о праве и история положительного права совершенно исключены Рождественским из своей книги.

Изложение носит исключительно догматический характер и заключает в себе обзор содержания отдельных юридических наук, чему предпослано также общее философское введение, написанное в духе философского учения Фихте младшего (Im Fichte)[14].

Книга Рождественского является, впрочем, единственной русской энциклопедией, дающей обзор содержания отдельных юридических наук. Вышедшие в 1868 году сочинения Капустина («Юридическая догматика») и Ренненкампфа («Очерки юридической энциклопедии», 2-е издание 1880) дают только общее учение о праве[15].

Оба эти сочинения не дают последовательного развития какого-нибудь одного философского учения: они имеют эклектический характер. Тем не менее это лучшие в русской литературе руководства по энциклопедии права. К сожалению, и они уже несколько устарели.

Advertisement

За последние двадцать лет много нового появилось и в юридической литературе и в законодательстве. Между тем «Юридическая догматика» проф. Капустина имеется только в первом издании. Книга же проф. Ренненкампфа, хотя и была издана вторично в 1880 г., а в 1889 г. явилась в новой переработке, значительно сокращенной, под именем «Юридической энциклопедии», но и в новых изданиях сохраняет некоторые анахронизмы.

Так, в издании 1889 года утверждается, будто бы в нашем Своде Законов нет уставов католической и протестантской церквей (стр. 146), хотя уже в издании 1857 года эти уставы включены в Свод. И это тем более странно, что ссылки на Свод Законов делаются автором именно на издание 1857 г. даже по тем частям, которые имелись тогда уже в новейших изданиях 1876 и 1886 годов (стр. 66, 111,127).

Совершенно устарелые теории, напр., гегелевское различие уголовной и гражданской неправды, передаются как общепризнанные, непререкаемые истины (стр. 196). В семидесятых годах явилось еще два сочинения по энциклопедии: Карасевича, «Энциклопедия права» (1872 г.), и Деларова, «Очерки энциклопедии права» (1878 г.).

Но оба эти сочинения остались далеко не оконченными. Карасевич напечатал только первый, весьма небольшой выпуск, содержащий почти одно введение. Книга Деларова, по плану автора, должна состоять их трех томов. В первом право рассматривается как один из элементов общественной жизни наряду и в связи с ними, причем собственно праву отведено очень мало места. Только этот первый том и появился.

Advertisement

Два другие тома, до сих пор не явившиеся, должны были содержать изложение общей теории права (2 том) и оправдание этой теории на более подробном изложении гражданского права (3 том).

В юридической литературе других стран почти вовсе нет сочинений по энциклопедии права. Исключение составляют, сколько мне известно, только Голландия (Anne den Тех. Encyclopaedic jurisprudence 1835) и Бельгия (Roussel, Encyclopaedic du droit, 1843, 2ed. 1871 и Namur. Encyclopaedic du droit. 1874).

Можно указать также два французских сочинения: Eshbach. Cours d’introduction general a l’etude du droit ou manuel d’encyclopaedie juridique (3 ed. 1856) и Courcelle-Seneuil. Preparation a l’etude du droit. 1897.


[1] Бэкон (Bacon) Фрэнсис (1561-1626) — английский философ, лорд-канцлер при короле Якове I. В трактате «Новый органон» (1620) объявил целью науки увеличение власти человека над природой, предложил реформу научного метода — очищения разума от заблуждений («идолов» или «призраков») путем обращения к опыту и обработки его посредством метода индукции, в основе которой — эксперимент. На этой основе предложил систематизацию научного знания и классификацию наук Автор утопии «Новая Атлантида».

Advertisement

[2] Вольф (Wolff) Христиан (1679-1754) — немецкий философ-систематик, осуществивший рационалистическое переосмысление категориального аппарата философской науки своего времени. Профессор в университетах Галле и Марбурга (где в числе его учеников был М. В. Ломоносов).

Его воззрения испытали влияние философии Декарта и Лейбница, от которого он унаследовал стремление к построению всеобъемлющей системы философского знания, а также ряд идей в области метафизики, логики, теории познания и психологии.

Обосновывал разделение теоретического и эмпирического, чистого и прикладного знания. В учении об этике принципы естественной морали считал объективными нормами, вытекающими из самой структуры бытия и не зависящими от воли Бога.

Внес существенный вклад в новую интерпретацию теории естественного права, общественного договора и обоснование с этих позиций просвещенного абсолютизма. Подробнее о взглядах Вольфа-. Staatsdenker im 17. und 18. Jahrhundert. Reichspublizistik. Politik. Naturrecht. Frankfurt am Main, 1987.

Advertisement

[3] Дурантис Гильельм (1237-1296) — знаменитый французский юрист, епископ. Главные труды: «Speculum judiciale» и «Rationale divinorum officiorum».

[4] Шеллинг (Schelling) Фридрих Вильгельм (1775-1854) — немецкий философ, создатель «Системы трансцендентального идеализма» (1804), развивал принципы диалектики природы как живого организма, творческого начала, восходящей системы ступеней познания.

Ключевое значение придавал интеллектуальной интуиции, усматривая в искусстве высшую форму познания мира, единство сознательной и бессознательной, теоретической и практической деятельности. Интерпретировал абсолют как недифференцированное тождество природы и духа, субъекта и объекта.

[5] Гегель (Hegel) Георг Вильгельм Фридрих (1770-1831) — великий немецкий философ, создатель целостной философской системы, основоположник гегельянства как направления мировой философии. В трудах по философии права дал стройную концепцию гражданского общества и правового государства, подчеркивая роль последнего в разрешении социальных противоречий и осуществлении направленной модернизации.

Advertisement

Оказал огромное влияние на философскую и политическую мысль России, в частности — концепцию государственной (юридической) школы русской историографии. Подробнее: Медушевский А Н. Гегель и государственная школа русской историографии // Вопросы философии. 1988. № 3-

[6] Блунчли (Bluntschli) Иоганн Каспар (1808-1881) — известный швейцарский юрист, внесший вклад в разработку гражданского, публичного и международного права. Он являлся автором фундаментальных научных трудов по теории права, принимал активное участие в кодификации гражданского права Швейцарии, а также подготовке проекта кодекса международного права, выступал сторонником создания международного трибунала для решения спорных вопросов.

[7] Дарвин (Darwin) Чарльз Роберт (1809-1882) — знаменитый английский естествоиспытатель, автор книги «Происхождение видов путем естественного отбора» (1859), в котором определил факторы эволюции органического мира, основоположник дарвинизма как целостного философского направления.

Учение Ч. Дарвина оказало влияние не только на естественные, но и гуманитарные науки, в частности — на учения Г. Спенсера и К. Маркса, а также на теорию органической школы социологии и права. Для Н. М. Коркунова, начиная с первых лекций в университете, был характерен поиск возможностей использования методов естественных наук для объяснения общества и права.

Advertisement

[8] Краузе (Krause) Карл Христиан Фридрих (1781-1832) — немецкий философ и теоретик права, построил философскую систему пантеизма — учение о Божестве, находящемся и в мире и вне мира и являющемся тем благом, которое человек должен осуществить в жизни. Труды по философии права, логике, естественному праву.

[9] Шталь (Stahl) Фридрих Юлий (1802-1861) — немецкий философ права, профессор в Берлине, обосновывал монархический принцип как идеологическую, формально-правовую и политическую конструкцию. В прусском сейме был приверженцем дворянской партии и духовенства. Автор трудов по философии права и государственному праву.

[10] Меркель (Merkel) Адольф — немецкий юрист и криминалист, в 1836-1896 профессор в Страсбурге. Автор трудов по криминалистике, уголовному праву, а также энциклопедии права.

[11] Гарейс (Gareis) Карл (1844-1923) — немецкий юрист, профессор в Кенигсберге и Мюнхене, автор трудов по энциклопедии правовой науки (1887), немецкому торговому праву, а также институтам народного права.

Advertisement

[12] Имеется в виду Университетский устав 1835 г.; рассматривался современниками как продолжение курса на сохранение государственного контроля над университетами и ограничение их автономии.

[13] Неволин Константин Алексеевич (1806-1855) — известный русский юрист, один из создателей русской цивилистической школы, профессор Киевского и Петербургского университетов. Важнейшие сочинения: «О философии законодательства у древних» (1835); «Энциклопедия законоведения» (1839-1840); «История российских гражданских законов» (1851).

[14] Фихте Младший (Fichte) Иммануил Герман (1797-1879) — сын великого немецкого философа Иоганна Готлиба Фихте. Представитель теизма, автор трудов «Система этики» (1850-1853), «Антропология» и «Теистическое мировосприятие» (1873).

[15] О русских ученых цивилистах см.: Шершеневич Г. Ф. Наука гражданского права в России. Казань, 1893

Advertisement
error: Content is protected !!