Press "Enter" to skip to content

Уголовное право и уголовный суд в период абсолютной монархии

Существеннейшие реформы, внесенные империей – республиканской и абсолютной – в область уголовного права и уголовного суда, сводятся главнейшим образом к следующему.

В области уголовного суда quaestiones perpetuae и суд сената мало-помалу оттесняются, а затем и вовсе устраняются уголовной юрисдикцией императорских чиновников – praefectus urbi для Рима, praefectus praetorio для Италии и провинциальных наместников для провинций.

С установлением при Диоклетиане нового административного деления нормальным органом суда первой инстанции, как и в делах гражданских, являются praesides provinciarum, на решения которых может последовать затем апелляция к властям высшим. Чиновники эти судят по началам инквизиционного разбирательства extra ordinem.

Что касается инициативы в преследовании преступлений, то частная accusatio не отменяется, но перестает быть исключительной: рядом с ней допускается и преследование по почину власти, ex officio. Кроме нормального порядка суда, в эпоху абсолютной монархии развиваются специальные суды для отдельных сословий – сенаторов, придворных, солдат и духовных.

В области материального уголовного права основой остаются те регламенты, те leges, которые еще в период республики определяли деятельность отдельных quaestiones perpetuae. Но эти leges были во многом дополнены и изменены позднейшими императорскими указами.

Наконец, и юриспруденция не осталась без влияния: комментируя leges и императорские указы, она направляла практику и руководила законодательством. Так, например, республиканское уголовное право преступными считало только умышленные деяния; деяния неосторожные – неосторожное убийство и т.д. – оставались безнаказанными: отсутствие умысла (dolus) делало преступление случайным (casus).

Юриспруденция, привыкшая уже в гражданском праве между dolus и casus находить еще среднее – culpa, обратила внимание на преступления неосторожные, и императорское законодательство стало подвергать их наказаниям в зависимости от степени вины.

Далее, в республиканском законодательстве покушение не отделялось от совершения и обыкновенно каралось так же, как и это последнее. Юриспруденция проводит и здесь необходимое различие и рекомендует для покушения наказания более мягкие.

Что касается системы преступлений, то общую тенденцию императорской эпохи составляет ее расширение. С одной стороны, республиканское законодательство в этом отношении оставляло большие пробелы, а, с другой стороны, стремясь к водворению большего порядка и спокойствия в стране, императоры склонны были в большей степени накладывать свою карающую руку там, где в период республики обходились без уголовной репрессии.

Под влиянием этой тенденции расширяются с точки зрения своего состава старые, предусмотренные в leges, преступления – crimina legitima. Но, кроме этих последних, возникает целый ряд новых преступлений, обложенных наказаниями в различных императорских указах, – так называемые crimina extraordinaria.

Сюда относятся прежде всего отмеченные выше преступления неосторожные – убийство, поджог; затем клятвопреступление, stellionatus[1] (особый вид обмана), вытравление плода, оскорбление христианской религии и т.д.

Особенного упоминания заслуживает установление уголовных наказаний за delicta privata, то есть за такие деяния, которые раньше давали основание только для такого или иного гражданского иска, – например, за furtum[2]; первоначально такая уголовная репрессия была установлена лишь для некоторых особых видов воровства (для fures armati, nocturni, balnearii[3] и т.д.), а впоследствии и для всякого.

Что касается системы наказаний, то вместо несложности и сравнительной мягкости карательных средств конца республики развивается чрезвычайно сложная и суровая, порою даже варварская, система уголовных кар, причем и здесь сословные различия сказываются иногда в установлении различных наказаний за одно и то же преступление для привилегированных и простых.

Восстанавливается исчезнувшая в конце республики смертная казнь, которая в некоторых случаях принимает даже характер квалифицированной (сожженние, распятие на кресте, poena cullei[4] и т.д.).

Кроме смертной казни, наиболее частыми формами наказаний являются: каторжные работы в государственных рудниках (condemnatio ad metallum, причем приговоренный eo ipso лишался всяких прав и делался servus poenae[5]), ссылка в различных видах (aquae et ignis interdictio – изгнание из пределов отечества, deportatio in insulam – ссылка в определенное место; обе формы сопряжены с потерею прав и с превращением преступника в peregrinus dediticius; relegatio – без потери прав), заключение в тюрьму, имущественные штрафы и даже телесное наказание.

Высшие наказания, так называемые poenae capitales (смертная казнь и те, которые сопряжены с потерей прав), влекут за собою, в качестве дополнительного, конфискацию имущества. Вообще основной идеей карательной системы является идея отмщения (преступнику) и устрашения (других).


[1] Stellionatus – особый вид обмана, примерно аналогичный современному понятию “мошенничество”.

[2] Furtum – кража.

[3] Fures armati, nocturni, balnearii – “воров вооруженных, ночных, банных”.

[4] Poena cullei представляет собой квалифицированный вид смертной казни за убийство родственника: преступник зашивался в кожаный мешок вместе со змеей, обезьяной, петухом и собакой и затем мешок бросали в море.

[5] Servus poenae – раб, ставший таковым в результате потери прав в наказание за преступление.

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.

error: Content is protected !!