Определив разграничительный признак преступного с точки зрения объективного права образованных, полуобразованных, варварских и диких народов, воспользуемся найденным и определим с его помощью понятие уголовного правонарушения, или преступления, с точки зрения этого права.
Наша задача о разграничительном признаке преступного теперь кончена. Мы желали определить в общих чертах, чем отличается уголовное правонарушение от неуголовного, и, по мере возможности, определили это в области положительного права настоящих и прошедших времен.
Говоря о состоянии преступности и его признании учредителями права, необходимо выяснить, как понимают они это состояние. Мы только что показали, что учредители права у нынешних цивилизованных народов – постоянно, а у прочих – обыкновенно считают уголовным то правонарушение, в котором, по их мнению, выражается во внешнем мире внутреннее состояние преступности правонарушителя.
От цивилизованного мира переходим к полуобразованным, варварским и диким государственным народам настоящего и прошедшего времени. Есть веские доказательства, что правоучредители этих народов, отличая уголовное правонарушение от неуголовного, обыкновенно ставят разграничительным признаком отношение между правонарушением и состоянием преступности правонарушителя.
У народов государственного образа жизни, как просвещенных прошедшего времени, так и полуобразованных, варварских и даже диких настоящего и прошедшего, правоучредители, отличая уголовное правонарушение от неуголовного, обыкновенно считают разграничительным признаком отношение между правонарушением и состоянием преступности правонарушителя.
Мы только что определили, каков разграничительный признак преступного в глазах современного нам культурного правоучредителя. Воспользуемся этим выводом и пойдем дальше.
Определив разграничительный признак преступного в глазах цивилизованного правоучредителя наших времен, мы не имеем ни малейшей надобности разбирать далее мнения ученых о разнице между преступным и непреступным в области правонарушительного.
Установив теорию состояния преступности, попробуем проверить эту доктрину на деле. Мы желаем знать, чем руководствуется цивилизованный учредитель права, решая вопрос, признать или не признать правонарушение уголовным.
Теория личного состояния преступности не отличается, как известно, способностью указать разграничительный признак преступного, принятый в цивилизованном праве нашего времени.
Исследуя разграничительный признак преступного, нельзя не обратить внимания на доктрину почтенного профессора Фойницкого о личном состоянии преступности.