Press "Enter" to skip to content

История русского государственного права. Период второй – Московское государственное право. Территория московского государства.

1) Элементы, из которых составилась территория Московского государства, таковы: а) северорусские земли: Суздальская (с отделившейся от нее Тверской), Рязанская, Псковская, Новгородская (с Вяткой и колониями на финском северо-востоке) и Смоленская; б) поволжские, донские и сибирские татарские страны. Таким образом, следует иметь в виду, во-первых, образование единой государственной территории (единодержавия) из северорусских земель, во-вторых, расширение территории на страны нерусские. Первое совершилось в XIV и XV вв., второе – в XVI и XVII вв.

2) Начало единодержавия; государственный строй Северной Руси в XIV в. Зерном Московского государства послужила земля Суздальская; в XIV в. государственное единство простиралось только на одну землю, и только одна она именовалась Московским государством; в XV в. единодержавие распространилось на прочие северорусские земли.

Объединение Суздальской земли. Суздальская земля была наиболее цельной из всех русских земель 1-го периода; она сохранила свое единство при Юрии Владимировиче (сыне Мономаха) и его детях: Андрее Боголюбском и Всеволоде III; но в XIII в. она разделилась на четыре главных княжества: Ростовское, занимавшее север этой земли (Ярославль, Углич, Белоозеро); Суздальско-Нижегородское, занимавшее ее восток – по низовьям Оки и по Волге (в потомстве сына Ал. Невского – Андрея); Московское в центре и на юге Суздальской земли (в потомстве сына Невского – Даниила) и Тверское (в потомстве брата Невского – Ярослава).

Advertisement

Каждое из этих княжений стремилось к полной самостоятельности, и некоторые из них именовались великими княжениями. Каждое из них претендовало на все внутренние и внешние суверенные права: право войны и мира, право высшего суда и управления. Но полной самостоятельности и совершенного выделения из Суздальской земли достигло лишь великое княжество Тверское.

Каждое из этих княжеств делилось на свои удельные княжения, что было неизбежно при частном (восточном) наследовании всех членов княжеского рода. Вотчинный взгляд на княжества был естественным последствием торжества принципа наследования столов с устранением уже всякого участия в преемстве князей со стороны населения. Народные веча являются только в виде восстания масс преимущественно против татар (мы видели, что татары истребляли именно городское население, собиравшееся прежде на веча).

Высшие классы населения оставались еще при прежних своих правах (право выхода бояр с сохранением отчин); и вообще на население вотчинные права князей еще не простирались; князья имели лишь государственные права суда и управления; но зато этими последними распоряжались по частным сделкам (по завещаниям, купле, залогу и т.д.). Владения дробились все более и стали чересполосными, так что государство должно было, по-видимому, исчезнуть в мелких вотчинах. Поворота к целостности государственной (земской) территории нельзя было ожидать от самих князей, так как сильный князь, овладев большим участком, снова дробил его между своим потомством.

Однако целость земли Суздальской (равно и других: Рязанской, Тверской) не была разрушена этой дробностью владений и вскоре была восстановлена в еще большей крепости. Шея единого государства сохранилась в сознании о политическом единстве земли; такое сознание, выработанное в 1-м периоде, и теперь сохранилось как в населении, так и в князьях. Измельчание княжеств, обессиливая их, лишь облегчало их присоединение. Упомянутая идея выражалась в существовании одного, старшего, стольного города и понятия о власти князя этого города над пригородными, – князя, называемого теперь великим.

Advertisement

В прежней Суздальской земле был сначала общий стольный город Владимир (а Рязанской – Переяславль, в Тверской – Тверь). В XIV в. в Суздальской земле совершилось перемещение такого центра из Владимира в Москву по следующим причинам. Местные князья считали свои наследственные земли отчиной, потомственной собственностью и, становясь великими, не переходили уже на жительство во Владимир и не уступали своих прежних уделов другим младшим, а старались перенести символы власти старшего города из Владимира в свой удел: так, при Калите суздальский князь Александр Васильевич хотел перенести старинные символы общеземской власти в свой Суздаль, но неудачно: “Сий князь Александр из Володимеря вечьный колокол св. Богородици возил в Суждаль, и колокол не почал звонить, якоже был во Володимире; и виде Александр, яко сгрубил св. Богородици, и повеле его паки везьти во Володимир; и поставиша его в свое место и пакы бысть глас, якоже и прежде, богоугоден”. Это, однако, удалось князю Московскому.

За великокняжеское достоинство и за обладание городом Владимиром шла постоянная борьба между упомянутыми княжествами: Тверским и Московским (1304-1328), и между Суздальским и Московским (1359-1364). Борьба кончилась победой Московского княжества, в котором целый ряд князей потомственно обладал одинаковыми качествами ловкости, осторожности и практической мудрости (Даниил Александрович, Юрий Данилович, Иван Данилович Калита, Симеон Иванович Гордый, Иван Иванович, Дмитрий Иванович Донской, Василий Дмитриевич).

Великое княжество Владимирское почти постоянно принадлежало этому роду, с незначительными перерывами (в начале века и в малолетство Дмитрия Ивановича). В течение этого времени все символы великокняжеской власти перешли окончательно в Москву, что, впрочем, означало лишь новую победу пригорода над старшим городом, подобно тому как в XII в. город Владимир оттеснил собой Ростов и Суздаль. Это передвижение для правовой истории совершенно безразлично, т.е. все равно, станет ли во главе будущего государства тверской, суздальский или московский князь. Во всяком случае, значение старшего города и соединенное с ним великокняжеское достоинство утвердилось за Москвой.

Кто владел старшим городом, тот был и именовался великим князем и имел некоторые значительные права над князьями местными (удельными). Права эти образовались еще в 1-м периоде и теперь были укреплены с помощью татар. Когда Семен Иванович Гордый был утвержден в Орде великим князем, то “вси князи рускии под руце его даны” (Воскр. лет., 1341). О Дмитрии Ивановиче Донском пишется, что он “призва вся князи руские земли, сущая под властию его” (там же, под 1389 г.).

Advertisement

Сношения иностранные (с Ордой) принадлежат великому князю, но не удельным, особенно платеж выхода в Орду, что служило к обогащению великих князей и усилению их военного могущества и влияния; хотя удельные князья и содержат свои военные дружины и нередко вступают в войну как между собою, так и с великими князьями, но это право не признается за ними в договорах и есть восстание против власти великого князя. И внутренние права их суда и управления подлежат ограничениям; в судебных делах иногда апелляции идут к великому князю, а к удельному только тогда, когда он в Москве (см. губн. моск, запись XV в.); право уголовного суда иногда вовсе не принадлежит удельным князьям. Удельные князья, более могущественные и имевшие своих “подудельных”, более или менее высвобождались фактически из-под такой зависимости, но никогда полностью не отрицали прав и власти великого князя.

Такое значение князей старших городов одинаково как в Московском великом княжестве, так и в Рязанской и Тверской землях: в 1340 г. вел. кн. Рязанский, Иван Коротопол, встретил князя Пронского (удельного) Александра Михайловича, который вез в Орду выход; великий князь схватил его, ограбил и приказал потом убить в своем стольном городе. В 1412 г. вел. кн. Тверской Иван Михайлович противопоставляет притязаниям своего удельного князя Юрия следующий принцип: “Ярлык царем дан им есть на всю землю Тверскую, и сам Юрий в ярлыце царем дан ми есть” (Полн. собр. рус. лет., XV, 480). Впрочем, следует заметить, что в других землях по разным обстоятельствам (многочисленность членов княжеского рода) объединение власти совершалось гораздо медленнее и с меньшим успехом, чем в Московском.

Московские великие князья не только успешно укрепляли старинную власть великого князя над удельными, но и удачно пользовались ею для увеличения своего наследственного удела за счет прочих княжеств, что при вотчинных началах государства совершалось обычно частными средствами: куплей (Белоозеро, Углич и Галицкое княжество куплены у владетельных князей этих земель Иваном Калитой); приобретением по завещанию (так, Переяславское княжество досталось Даниилу Александровичу в 1302 г. по завещанию последнего местного князя) и, наконец, завладением без войны: “наста насилование много, сиречь княжение великое Московское досталось Ивану Даниловичу, купно же и Ростовское к Москве. Увы, увы тогда граду Ростову, паче же и князем их, яко отъяся от них власть, и имение, и честь, и слава и потягнуша в Москве” (Пов. о св. Сергии в Никон, лет. IV, 204).

Полное уничтожение самостоятельности всех ростовских князей относится ко времени вел. кн. Василия Дмитриевича; тень самостоятельности ярославских князей продолжалась до Ивана III. В 1392 г. присоединено обширное княжество Суздальско-Нижегородское по ханскому ярлыку. “Бояре московские, въехав в город (Нижний Новгород), ударили в колокола, собрали жителей, объявили Василий (Дмитриевича) их государем. Тщетно Борис (кн. Нижегородский) звал к себе дружину свою” (Кар. И. Г. Р., т. V, 76).

Advertisement

Население местных княжеств находило для себя более выгодным принадлежать одному сильному государству, способному защищать его. Таким образом к концу XIV в. вся прежняя Суздальская земля (кроме Твери), именуемая теперь Московским великим княжеством, соединялась вокруг Москвы, чем, впрочем, лишь восстанавливалось единство ее, бывшее при Юрии Долгоруком, Андрее Боголюбском и Всеволоде.

3. Отношение великого княжества Московского к прочим северорусским землям (северорусский союз). В Суздальской земле существовали совершенно самостоятельные великие княжества Тверское и Рязанское, были еще Новгород и Псков. На эти земли власть великого князя Московского нераспространялась. Однако начавшийся процесс развития единодержавия не остановился на пределах Суздальской земли, т.е. не ограничился тем, что было создано еще в 1-й период. Но и в дальнейшем движении единодержавия действовали начала, возникшие также в 1-м периоде.

Рязань, Тверь, Новгород, Псков и сильнейшие княжества самой Суздальской земли (до их присоединения) не подлежат непосредственной власти великого княжества Московского; между тем все эти земли составляют уже в XIV в. один тесный и постоянный союз, который основан на родстве правящих князей, на княжеских съездах для решения общих дел (уже при участии ханского посла, который сообщает решениям съезда внешнюю обязательность), на церковном единстве, но более всего на единстве национальном.

Признаки действительного существования такого союза (исходя из многочисленных договорных грамот того времени) следующие:

Advertisement

а) Единство интересов. Хотя фактически войны между членами союза не прекращаются, но между ними установлен постоянный третейский суд (третьим назначается незаинтересованный член союза); если приговор третейского суда не исполнен одной стороной, то противная сторона может привести его в исполнение силой, и этот поступок уже не считается нарушением прав союза: “а то ему не в измену”. Союз имеет оборонительный характер против иностранных государств: Орды, Литвы и немцев; при нападении татар на одного члена союза другие обязаны защищать его, как себя; решение наступательной войны против татар или уплаты им “выхода” – дани – должно быть по общей “думе” (соглашение).

б) Единство действия гражданского и уголовного права во всех частях союза: боярин, переходящий на службу в другое княжество, не лишается своих земельных владений (за исключением бояр В. Новгорода, что служит признаком его большей государственной обособленности). Власти одного княжества обязаны исполнить приговоры судов другого: “суженое, положеное, даное, порученое… суд от века”; каждый из граждан одного государства может преследовать должника или холопа на территории другого государства: “татя, разбойника и душегубца выдати по исправе”. При исках граждан одного княжества перед властями другого устанавливается одинаковые везде судебные пошлины. Для решения пограничных распрей между гражданами двух или нескольких государств устанавливаются общие суды из судей, назначенных обеими сторонами; если общие судьи, по несогласию, не решат дело, то оно переносится в высшую инстанцию, к князю третьего, незаинтересованного государства.

в) Все северорусские государства составляют постоянный торговый союз: “а мыта ти держати и пошлины имати по старой пошлине у наших гостей и у торговцев: а путь им дати чист” (см. Дог. гр. вел. кн. Дмитрия Ивановича Московского с вел. кн. Михаилом Александровичеи Тверским 1368 г. в нашей Хрест. по ист. рус. пр., вып. II). Хотя каждое из этих отношений может существовать и в международном праве, но совокупность их образует такой тесный (особенно для тогдашних времен) союз, который приближается уже к государственному единству.

В союз включаются все государства Северной Руси (Москва, Рязань, Новгород, Псков), так что в частный договор между двумя княжествами обычно включаются и все прочие.

Advertisement

Основания союза те же, какие были указаны в 1-м периоде для всех древнерусских земель (см. “Начала объединения”) с той разницей, что на более тесном пространстве одной Северной Руси начала объединения проявляются с большей энергией[1].

Общего наименования для союза как одного государства еще нет; он называется иногда: “наша братья князья”, чем указывается на старый принцип единения Руси – родовое единство князей, которое теперь становится большей частью фиктивным, т.е. степень зависимости одного князя от другого определяется названиями степеней родства (“брат младший”, “сын” и т.д.). Иногда союз называется: “вси князи рустии крестьянстии”, в отличие от государств западных (в том числе Литвы) и “басурманских”.

В этом выразилось то, что государство сознается прежде всего как христианский (православный) союз. Церковное единство опередило государственное, послужило образцом для него и отчасти вызвало его к жизни. Митрополиты, жившие в Москве, ради церковных интересов настаивали на установлении государственного единства и способствовали этому всеми средствами (церковной клятвой, поучениями, посланиями).

Но чаще всего союзу присваивается именование “Русская земля” или “Русь”: “Обычай бо поганых, – говорит летопись (под 1319 г.), – и до сих пор вмешуще вражду межи братьи князей русских… И бывше пре (спору) велице межи ими, и бысть тягота велика в Русской земли”; в 1328 г. великим князем стал Иван Данилович, “и бысть тишина велика христианом по всей Русской земли”. Поэтому великие князья Московские уже в XIV в. называют себя великими русскими или даже “всея Руси” (со времен Ивана Калиты), хотя их власть (относительная) простиралась только на одну Суздальскую землю и лишь отчасти на другие северорусские земли.

Advertisement

Отсюда следует заключить, что главным основанием союза было сознание национального единства в самом населении; создание единого государства было вызвано национальной потребностью. Жители не видели иностранца в другом, более сильном русском князе, который смещал их мелкого владетеля, и в худшем случае оставались лишь равнодушными (за исключением высших классов Новгорода и Пскова, дороживших своим свободным государственным устройством.) Это и облегчило переход от союзного государства к единодержавному в XV в.

4. Установление единодержавия в XV в. Союзная организация государства, несмотря на кажущуюся ее сплоченность, была очень шатка: между членами союза происходили частые войны и распри. К тому же уже вначале обнаружилось неравенство сил между членами союза: прежняя Суздальская земля (вел. княжество Московское) превышала и населенностью и величиной вел. княжества Рязанское и Тверское, а также Псков. В. Новгород был ослаблен борьбой партий.

Как в мире физическом сила притяжения увеличивается по мере увеличения объема тела, так в мире политическом более сильное княжество приобретало тем самым новые силы: в Москву стекались выходцы из разоренных земель: Киевской, Черниговской и др. Этим воспользовались великие князья Московские, руководясь а основном личными и династическими интересами, но иногда возвышаясь и до сознания великих общерусских задач; таковыми были: Василий Дмитриевич, сын Донского (1389-1425), который противодействовал Витовту расширить пределы своего государства за счет вел. княжества Смоленского, Новгорода и Пскова; Василий Васильевич Темный (1425-1462), при котором восстановлено (силами населения и духовенства) единодержавие внутри вел. княжества Московского, когда оно было нерушено борьбой среди самого потомства Калиты (с дядей, Юрием Дмитриевичем и его сыновьями); но всех более дело установления единодержавия принадлежит Ивану Васильевичу 111 (1462-1505) и его сыну Василию (1505-1533).

В то время сила двух государств, Московского и Литовского, так возросла, что другим северорусским землям предстоял уже выбор не между независимостью и подчинением Москве, а между подчинением тому или другому из названных великих княжеств; В. Новгород давно уже управлялся, вместо самостоятельных князей, наместниками того, кто был великим князем в данное время, т.е. в XIV в. вел. кн. Московского, который тем не менее издавна старался присоединить к своей родовой отчине пограничные новгородские волости: Торжок, Бежецкий Верх и северную Двинскую землю; здесь везде боярский класс стоял за Новгород, а “черные люди” тяготели к Москве (например, в Торжке, при Симеоне Гордом). Не раз между В. Новгородом и Москвой происходила открытая война, но обычно Новгород откупался деньгами.

Advertisement

В 1470 г. новгородцы (боярская партия) решили примкнуть к Литве. Такое отступление Новгорода было признано изменой русским национальным и религиозным интересам: победив новгородцев в 1471 г. при Шелони и в Двинской земле, Иван III заставил Новгород отказаться от союза с Литвой, но оставил ему еще внешние атрибуты государственной независимости. В 1477 и 1478 гг. при новом военном походе Иван III уничтожил политическую независимость Новгорода (вече, посадничество) и присоединил его к великому княжеству. В 1489 г. была покорена новгородская колония Вятка.

Подобно Новгороду, и Тверское вел. княжество, хотя и колебалось между Москвой и Литвой, но постепенно пришло к покорности вел. княжеству Московскому: в 1484 г. последний князь тверской Михаил Борисович задумал прибегнуть к литовскому вел. князю, но Иван III предупредил его, занял Тверь, а местный князь бежал к Казимиру. При Иване III уничтожена и государственная самобытность внутренних уделов в самом вел. княжестве Московском: власть удельных князей равнялась уже власти провинциальных правителей, назначаемых государством.

Сын Ивана III Василий (1505-1533) довершил дело основания единодержавия присоединением Пскова (1509) и Рязанского вел. княжества (1520), и то и другое без всякой борьбы, так как и прежде упомянутые земли сохранили лишь тень независимости.

Два русских государства (Московское и Литовское), уже вполне сложившиеся, не могли мирно поделить между собой Русскую землю, тем более что одно из них (Московское) выставило на своем знамени объединение “всея Руси”. Пограничные между ними земли Смоленская и Черниговская были постоянным предметом раздора. Вел. князю Василию Ивановичу удалось отнять Смоленску Литвы (1514) и присоединить к своему государству. Еще при Иване III черниговские и северские князья (выходцы из Суздальской земли) сами перешли к вел. князю Московскому со своими владениями; при Василии их уделы были непосредственно присоединены к государству Московскому.

Advertisement

Тогда между Московским и Литовским государствами установилась граница по Днепру (приблизительно), и силы обоих находились в равновесии. Но уже при Иоанне Грозном между ними начинается борьба за самое бытие того или другого государства – борьба, склонившаяся в начале XVII в. к победе Литвы (когда сама Москва была уже во власти Литвы и Польши), а с середины XVII в., т.е. со времени Богдана Хмельницкого и присоединения Малороссии (1654), – к победе Москвы. Окончательно вопрос о бытии одного или двух русских государств решился уже в период империи.

5. Расширение территории Московского государства на восток. Территория Московского государства сложилась окончательно к середине XVI в. Дальнейшее расширение ее означает уже не внутренний рост государственного организма, а лишь внешнее его приращение (что, впрочем, не осталось без влияния и на внутренний характер, введя в состав населения огромный процент азиатских народов и дав в руки московских государей новые громадные силы). Приращение совершается за счет восточных стран. Татарское иго ослабевало постепенно, вследствие внутреннего падения Орды и усиления Москвы, в то время как Северная Русь сплачивалась в одно государство. Орда распадалась на разные царства; важнейшие из них: Кипчакское (Золотая Орда), Казанское и Крымское.

Последний поход на Москву хана Золотой Орды Ахмата (1480) окончился бегством татар без битвы; выплата дани татарам была прекращена. Тогда начинается обратное движение русских на восток по течению Волги и Дона. Уже при Иване III русские совершили несколько походов под самую Казань, но затем начали медленно подвигаться к ней, строя острожки (украшения) и подчиняя окрестное население (черемисов); окончательный удар ей был нанесен Иоанном Грозным в 1552 г.; падение Казани привлекло к Московскому государству все племена восточной Европы, подчиненные казанскому хану; в 1554 г. покорена и в 1557 г. присоединена Астрахань; в 1555 г. начали предлагать свое подданство кавказские владельцы; в 1586 г. присоединена Башкирия (южноуральские страны).

Вслед за покорением Казани началось распространение государственных границ на среднем и северном Уральском хребте и в Сибири. Пермская земля была покорена еще Иваном III в 1472 г. После падения Казани сибирский хан сам прислал к Иоанну IV с предложением дани, но подданство его было лишь номинальное: сибирские наездники беспокоили на Каме русские колонии Строгановых, которые вызвали для защиты отряд вольных волжских казаков под предводительством Ермака Тимофеевича, и в 1581 г. этот отряд двинулся в наступательный поход; столица хана – город Сибирь – была взята (1582 г.). С тех пор русские завоевания и колонизация в Северной Азии продолжались постепенно в течение всего XVII в., пока не достигли берегов Тихого океана и не перешли в Америку.

Advertisement

Как здесь, так и на Дону частная предприимчивость отдельных лиц и общин (казаков) шла всегда впереди государственной. На Дону уже издавна (еще при существовании вел. княжества Рязанского) выходцы из государства, большей частью недовольные новым государственным строем, основывали свободные казацкие общины, ведя борьбу с татарами на свой собственный риск, и наконец в низовьях Дона сплотились в одну большую землю, которая вступила в союз с Московским государством, не теряя своей самостоятельности; но в 1549 г. донские казаки уже именуются подданными, и затем их земля была постепенно инкорпорирована государством с незаметной постепенностью.

6. Неполнота принципа единодержавия в Московском государстве. С XVI в. единодержавие, т.е. неделимость государственного организма, было уже признано и укреплено. Тем не менее до конца существования Московского государства это начало не было полностью выдержано. Смутное время показало, что сцепленные части государства еще не вполне срослись, и некоторые из них готовы были идти опять врозь: Новгород признал своим государем шведского королевича; Псков примкнул к самозванцу. Но именно Смутное время было эпохой, когда государство было воссоздано вновь уже силами самого населения и по его собственному почину.

Однако в законодательном языке царство Московское представлялось еще суммой разных государств: цари избирались на “все государства российского царства”, в чем выразилось сходство с характером Германской империи. Некоторым провинциям были оставлены атрибуты государственной власти: так, сношения со шведами предоставлялись исключительно новгородским властям. Но более всего отступает от принципа единодержавия тот вид государственной унии, в котором была присоединена Малороссия (с сохранением почти полного внутреннего суверенитета).


[1] Все отмеченные черты союза взяты нами из многочисленных договоров князей того времени; но отсюда не следует, что союз основан этими договорами; напротив, частные договоры были лишь проявлениями союзной организации, возникающей из других начал, указанных ниже.

Advertisement

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.