Сельское состояние

Лица, принадлежащие к состоянию сельских обывателей, носят различные наименования[1]. Большинству из них усвоено теперь наименование крестьян.

Но кроме того, некоторые сельские обыватели именуются поселянами, а именно – бывшие колонисты (т. IX, Особ. Прил., XV. Прав. устр. пос.)[2], царане Бессарабской губернии (XVII, Пол. Бесс. губ.)[3], водворенные в Мариупольском и Ростовском уездах греки и армяне (XXI, Прав, грек, и арм.)[4] и так называемые государственные поселяне Елисаветпольской, Бакинской, Эриванской и части Тифлисской губерний (XX. Мест. Пол. Закавказ. ст. 2, Прилож.)[5].

Затем к сельским же обывателям принадлежать башкиры (XVII, Пол. башк.)[6] и должны быть отнесены казаки, не имеющие высших прав состояния, хотя в законе на это прямого указания нет. Однако, и крестьяне, и поселяне, и башкиры пользуются одними и теми же правами состояния, и только казаки имеют свои особые права, составляя особое войсковое сословие.

Приобретение сельского состояния совершается посредством приписки или к сельскому обществу, или к волости. Приписывающиеся к обществу пользуются всеми правами и обязанностями членов сельского общества: участвуют в пользовании отведенной обществу в надел мирскою землей и в круговой поруке за исправное отбывание повинностей[7].

Приписывающиеся же к волостям в пользовании надельной землей не участвуют. Таким образом, приписывающийся к волости получает права сельского состояния без принадлежности к сельскому обществу. В состояние сельских обывателей могут записываться купцы, мещане и вообще все городские обыватели и жительствующие в селениях.

Приписка как к волостям, так и к обществам совершается не иначе как по приемным приговорам. Только крестьяне, уже имеющие в собственности участок земли, в определенном в местных положениях размере, не далее 15 верст от места водворения данного общества, могут приписаться к нему и без приемного приговора, но в таком случае не получают уже права пользования надельной землей (Общ. Пол., ст. 143)[8].

Для губерний великороссийских этот участок земли должен быть не меньше двух душевых наделов высшего или указного (в третьей полосе) размера (Мест. Пол. Велик., ст. 148)[9], в губерниях малороссийских не меньше высшего пешего участка (Местн. Пол. Малор., ст. 149)[10], в губерниях северо-западных не менее пяти десятин (Местн. Пол. Вил., Гродн. и т. д., ст. 106)[11]; в губерниях закавказских не меньше высшего размера коренного участка (Местн. Пол. Закавк., ст. 127)[12].

В губерниях северо-западных и закавказских на приписку без приемного приговора получают право кроме того лица: 1) приобретшие в данном обществе крестьянский участок в полном его составе и 2) нанявшие у владельца того же имения по крайней мере на три года участок господской земли в Закавказье не менее высшего размера подымного полевого надела, а в северо-западном крае не менее 10 десятин.

Приписка к обществу лиц, имеющих на то право без приемного приговора, совершается волостным старшиной (Общ. Пол., ст. 145)[13]. Приемные приговоры на приписку к волостям постановляются волостными сходами, а на приписку к обществам – сельскими сходами, если же общество состоит из нескольких селений, то частными сельскими сходами (Общ. Пол., ст. 142, 147[14] Прилож.).

Приписка к обществу поселян (бывших колонистов) допускается только лицам, имеющим те же самые права состояния, а приписка к греческому мариупольскому обществу вовсе не допускается.

Права сельского состояния сообщаются жене, если она не имеет прав сельского состояния, и детям законным, усыновленным и даже незаконнорожденным – их матерью, как это признал правительствующий сенат[15].

Прекращение прав сельского состояния, кроме лишения прав по суду, обусловливается еще приобретением прав других состояний. Приобретение прав привилегированных состояний, дворянства и почетного гражданства, само собой влечет прекращение сельского состояния. Для перехода в мещанство или купечество требуется предварительное получение увольнительного приговора от сельского общества.

Дополнение. Высочайшим указом от 5 октября 1906 г. (собр. узак. № 237) велено: “отменить обязательное исключение сельских обывателей и лиц других бывших податных состояний из обществ:

а) при вступлении их в гражданскую службу,

б) при производстве их в чины,

в) при получении орденов и знаков отличия,

г) при окончании курса в учебных заведениях,

д) при получении ученых степеней и званий, а также

е) вообще при приобретении ими высших прав состояния, разрешив этим лицам оставаться в составе своих обществ, пользуясь впредь до добровольного выхода из них или перечисления соответственно приобретенным ими правам в иное сословное общество, всеми связанными с принадлежностью к своим обществам правами, а равно и неся соответственные обязанности, причем в отношении подсудности, наказаний и последствий, определяемых для преступных деяний, означенные лица подчиняются однако узаконениям, действующим по отношению к тем высшим сословиям им званиям, права коих сии лица приобрели”.

Для увольнения крестьянина из общества требуется:

1) чтобы он отказался от участия в мирском наделе и сдал состоявший в его пользовании участок земли;

2) чтобы к увольнению не было препятствий по отправлению воинской повинности;

3) чтобы на семействе увольняемого не было недоимок и чтобы подати были уплачены по 1 января следующего года;

4) чтобы на увольняемом не было бесспорных частных взысканий и обязательств, предъявленных волостному правлению;

5) чтобы он не состоял под судом и следствием;

6) чтобы родители его были согласны на увольнение;

7) чтобы остающиеся в обществе члены его семьи, неспособные в работе, были обеспечены и

8) чтобы им был представлен приемный приговор того общества, куда он поступает (Особ. прим. т. IX, ст. 130)[16].

Условия, выраженные в трех последних пунктах, неприменимы к башкирам, принявшим св. крещение (Пол. о башк., ст. 111)[17].

Дополнение. Высочайшим указом от 5 октября 1906 г. велено: “разрешить сельским обывателям, принадлежащим к составу сельских обществ:

а) вступать без обязательного увольнения из этих обществ в другие сельские общества, пользуясь впредь до добровольного выхода из состава прежних обществ всеми связанными с принадлежностью к этим обществам правами, а равно и неся соответственные обязанности, и

б) получать по отказе от участия в пользовании мирской землей или по отчуждении принадлежащих им участков таковой земли беспрепятственное увольнение из сельских обществ без соблюдения требований, означенных в статье 208 общего положения о крестьянах и в статье 165 положения о башкирах (св. зак. т. IX, особ. прил., изд. 1902 г.), при условии обязательного причисления их к своим волостям без согласия волостного схода, кроме тех случаев, когда увольняемые состоят уже в других обществах, либо приняты в таковые или состоят в гражданской службе, либо приобрели высшие права состояния”.

Особенные права состояния сельских обывателей сводятся к тому, что в своих гражданских отношениях, семейных и имущественных, они подчиняются местным обычаям и подсудны особым судам; от телесных наказаний сельские обыватели не освобождены.

Дополнение. Высочайшим Манифестом 11 августа 1904 года (собр. узак. № 125 ст. 1323) всемилостивейше повелено:

“1) телесные наказания, установленные по закону за проступки для сельских обывателей, инородцев, а также других лиц, не изъятых от сих наказаний по правам состояния или особым узаконениям, отменить и их впредь таким наказаниям не подвергать, заменяя оные в потребных случаях другими взысканиями на основаниях, указанных в подлежащих узаконениях;

2) постановления, изложенные в статьях 1261 и 1377 св. зак. т. XV Ул. о нак. изд. 1885 г., а также статьях 281 и 282 св. зак. т. XI. ч. II Уст. торг. изд. 1908 г. относительно телесных наказаний отменить”[18].

Высочайшим указом 5 октября 1906 года повелено между прочим отменить:

а) особые правила о наказуемости сельских обывателей и других лиц, подведомственных волостному суду, по решениям сего суда за проступки, не наказываемые по уставу о наказаниях, налагаемые мировыми судьями (св. зак. т. IX, особ. прил. изд. 1902 г., общ. пол. ст. 127 п.п. 2 и 3; св, зак. т. XII ч. 2, изд. 1857 г., уст. казен. селен, ст.ст. 478, 484‑486, 498, 495‑498, 501‑503, 513, 514 и 529)[19];

б) правила о принудительной отдаче лиц бывших податных состояний в общественный работы, в качестве особых меры наказания или при несостоятельности их к уплате присужденных по судебным приговорам денежных взысканий (св. зак. т. IX, особ. прил., изд. 1902 г., общ. пол. ст.ст. 150, 163 и 431; св. зак. т. XV изд. 1885 г., улож. нак. ст. 85, уст. нак. ст. 8)[20] и

в) особые меры взыскания, предусмотренные действующим законом в отношении волостных судов Прибалтийских губерний и заключающиеся в испрошении прощения у обличенного, в публичном объявлении о жестокосердии осужденного и в отдаче в бесплатные работы на срок не более 7 дней (полож. о крест. Лифляндской губ., 13 ноября 1860 г. ст.ст. 1033, 1038, 1049, 1052, 1059, 1060, 1097, 1101 и 1102)[21].

Корпоративная организация сельского состояния выражается в устройстве сельских обществ и волостей, но сравнительно с другими сословными обществами сельские общества и волости представляют ту особенность, что сельские и волостные учреждения призваны заведовать не одними собственно сословными делами, но и общими полицейскими.

Поэтому круг ведомства крестьянских учреждений сравнительно шире, чем других сословных учреждений. Однако, они все-таки сохраняют характер сословных учреждений, так как и общие полицейские функции они осуществляют только в отношении к лицам сельского состояния. Правда, в законодательстве в последнее время замечается наклонность придать крестьянским учреждениям более общий характер.

Во-первых, в местностях, где введены земские начальники, все лица податных состояний, имеющие постоянное жительство в селениях, хотя бы и не сельские обыватели, подчиняются в отношении суда и полиции общим правилам, для лиц сельского состояния установленным (М. Г. С. 12 июля 1889 г., ст. VIII).

Во-вторых, у казаков и башкир в сельском или хуторском и в волостном или станичном управлении принимают участие все башкиры и казаки безразлично, хотя бы и дворяне (Пол. о башк., ст. 27[22], Пол. упр. о стан. 3 июня 1891 г., ст. 2).

Сельские учреждения вообще подразделяются на сельские и волостные. В казачьих войсках им соответствуют хуторские и станичные. У башкир волостные учреждения называются также юртовыми. Только в губерниях закавказских ни у крестьян, ни у государственных поселян нет волостных учреждений, одни сельские.

Сельское общество составляют сельские обыватели одного селения, или, если это бывшие крепостные, поселенные на земле одного помещика. Волость составляется из одного или нескольких селений, имеющих не менее 300 и не более 2.000 душ.

Группировка по волостям приурочивается по возможности к существующим приходам. Если волость состоит из одного селения, волостные учреждения сливаются с сельскими и выполняют функции тех и других.

Сельское или у казаков хуторское управление слагается из сельского схода (хуторского сбора) и сельского старосты (хуторского атамана). Только в Закавказье, где нет волостей, к этому присоединяется еще сельский суд, заменяющий собою существующий в других местностях волостной суд.

Сельский сход по общему правилу не имеет представительного выборного состава и слагается изо всех домохозяев, принадлежащих к сельскому обществу.

Только в казачьих войсках во всех хуторах, имеющих более 30 дворов, хуторской сбор обязательно составляется из выборных представителей: в хуторах, имеющих не более 300 дворов – 30, а в хуторах с большим числом дворов – по одному выборному от каждых 10 дворов (Пол. упр. стан., ст. 6).

У поселян (бывших колонистов), кроме общего сельского схода, может быть по решению ⅔ общего схода образуем особый малый сельский сход из выборных по одному от каждых 10 дворов для разрешения некоторых дел по назначению общего схода (Прав. устр. пос., ст. 4, п. 3)[23]. Кроме того, у тех же поселян безземельные участвуют и в общем сходе через выборных по одному от каждых десяти взрослых работников (там же, п. 1)[24].

Участие в сельском сходе по общему правилу не ограничено ни полом, ни определенным возрастом. Только в Закавказье требуется достижение совершеннолетия (Пол. учр. крест. Закавк., ст. 43)[25] и в казачьих войсках – 25‑летнего возраста (Пол. упр. стан., ст. 11).

Точно так же не требуется по общему правилу и имущественного ценза, так как, согласно разъяснению Сената, домохозяином следует считать всякого главу семьи, хотя бы не имеющего и усадебной оседлости[26]. Но у поселян требуется владение усадебной оседлостью, а в Закавказье отдельным дымом. Лица, приписанные к волости, в сельском сходе не участвуют.

Не могут участвовать в сходе состоящие под следствием и судом по преступлениям, влекущим за собою лишение всех особенных прав, или отданные судом под надзор, или, наконец, устраненные самим сходом от участия в нем (Общ. пол., ст. 47)[27]. У башкир, кроме того, устраняются от участия в сходе духовные лица магометанского исповедания (Пол. о башк., ст. 27)[28].

Ведению сельского схода подлежат:

1) выбор сельских должностных лиц и назначение выборных на волостной сход;

2) приговоры об удалении из общества вредных и порочных членов и временное устранение их от участия в сходе не дольше, как на три года[29], увольнение членов общества и прием новых;

3) назначение опекунов и попечителей, и поверка их действий; разрешение семейных разделов[30];

4) дела, относящиеся до общинного пользования землей, а при подворном пользовании распоряжение праздными участками земли;

5) совещания и ходатайства об общественных нуждах, благоустройстве, народном продовольствии, призрении и обучении грамоте; принесение, куда следует, жалоб и просьб по делам общества через особых выборных и дача доверенностей на хождение по общественным делам;

6) установление сборов на мирские расходы, раскладка казенных и земских сборов и повинностей, меры к предупреждению и взысканию недоимок (Общ. пол., ст. 51)[31].

Таково общее правило; но для некоторых сельских обществ предметы ведения или суживаются, или, напротив, расширяются. Так, в губерниях Бакинской, Елисаветпольской и Эриванской разрешение семейных разделов ведению сельского схода не подлежит (Пол. учр. крест. Закавк., ст. 47, прим.)[32].

У башкир, кроме всех других дел, сельскому сходу предоставлено еще избрание в сельские приходы магометанских духовных лиц (Пол. о башк., ст. 30, п. 16)[33]. В казачьих войсках хуторские сборы ведают также дела об отправлении казаками службы (Пол. упр. стан., ст. 108).

Для законности схода требуется присутствие на нем сельского старосты, или лица, его заменяющего, и не менее половины всех лиц, имеющих право на участие на сходе (Общ. пол., ст. 52)[34]. Дела решаются по общему правилу простым большинством (ст. 53)[35].

Если голоса разделятся поровну, то принятым большинством считается то мнение, с которым согласится староста (ст. 55)[36]. Затем для некоторых дел требуется большинство двух третей и притом не присутствующих только, а всех имеющих право голоса на сходе, а именно:

1) для замены общинного пользования землей – подворным,

2) для переделов,

3) замены хлебных запасов денежным капиталом,

4) для разделения сельского общества на два,

5) для удаления порочных членов[37] и

6) для установления мирских сборов и распоряжения имуществом общества (ст. 54)[38].

В некоторых обществах большинство двух третей требуется и для других дел, напр., для семейных разделов у казаков (Пол. упр. стан., ст. 124) и в Закавказье (Пол. учр. крест. Закавк., ст. 52)[39], для увольнения членов общества и приема новых у казаков и башкир (Пол. о башк., ст. 33)[40] для сдачи в наем оброчных статей у башкир и поселян (бывших колонистов) (Прав. устр. пос., ст. 4, п. 5)[41].

Органом, приводящим в исполнение постановления сельского схода, служит избираемый сходом сельский староста, а в казачьих хуторах избираемый хуторским сбором — хуторской атаман. В Закавказье, где нет волостей, исполнительный орган сельского общества носит название сельского старшины.

Сельский староста, кроме исполнения постановлений сельского схода, имеет и общие полицейские функции; в этом качестве ему подведомы все проживающие в пределах сельского общества лица податных состояний, хотя бы к сельскому обществу и не принадлежащие (Общ. пол., ст. 62)[42].

Всех их он имеет право за маловажные проступки подвергать назначению в общественные работы до 2 дней, или денежному взысканию до 1 руб., или аресту до 2 дней (ст. 64)[43]. У казаков и башкир, где в состав общества входят и лица высших состояний, этой карательной власти старосты подлежат только те члены общества, которые высших прав состояния не имеют (Пол. упр. стан., ст. 116, Пол. о башк., ст. 40 и 42)[44].

Общество может по своему желанию в помощь сельскому старосте назначать и других должностных лиц: сборщиков податей, смотрителей хлебных магазинов, училищ, больниц, полевых и лесных сторожей, сельских писарей и т. п. (Общ. пол., ст. 46)[45].

Волостное (у башкир – юртовое, у казаков – станичное) устройство несколько сложнее. Тут кроме волостного схода (у казаков – станичного сбора) и волостного старшины (у казаков станичного атамана) соответствующих сельскому сходу и сельскому старосте, имеется еще волостное или станичное правление и волостной или станичный суд.

Волостной сход в отличие от сельского имеет представительное устройство. Он составляется из выборных по одному от каждых 10 домохозяев, в том числе и от лиц, приписанных к волости (Общ. пол., 71 и 147, Прилож., ст. 8, прим.)[46]. От отдельных поселков, выселков, починков и т. п., хотя бы имеющих и менее 10 дворов, предоставляется избирать по одному выборному.

В губерниях Виленской, Волынской, Гродненской, Киевской, Ковенской, Минской, Подольской и в некоторых уездах Витебской батраки и бобыли, а у поселян (б. колонистов) безземельные поселяне избирают на волостной сход по одному от 20 взрослых работников[47] (Общ. пол., ст. 72[48], Прав. уст. пос., ст. 4, п. 6)[49].

Юртовые сходы башкир составляются из выборных по одному от каждых 25 дворов и из всех домохозяев, владеющих землею на праве частной собственности (Пол. о башк., ст. 48)[50], так что там юртовой сход имеет смешанный состав: частью из выборных представителей, частью из членов по личному праву.

Станичные сборы казаков составляются совершенно так же, как хуторские. Следует только отметить, что если станица имеет свыше 1.000 казачьих дворов, областным правлениям дозволяется уменьшать число выборных с тем, однако, чтобы оно не было менее 100 человек (Пол. упр. стан., ст. 7)[51].

У поселян (б. колонистов) в волостях, состоящих из нескольких селений и притом с населением не менее 2.000 душ, может быть образован по приговору ⅔ волостного схода особый малый волостной сход, из должностных лиц и выборных по одному от каждых 25 дворов и каждых 50 взрослых работников безземельных поселян.

Если же малый волостной сход все-таки окажется слишком многочисленным, то с разрешения губернского по крестьянским делам присутствия число выборных может быть уменьшено. Решению малого схода могут быть предоставлены все вообще дела волостного схода, кроме выбора должностных лиц (Прав. устр. пос., ст. 4 п. 7).

Ведению волостного схода подлежат в отношении в целой волости те же дела, которые в отношении к отдельным обществам предоставлены сельским сходам, за исключением постановлений:

1) о замене общинного пользования землей, подворным,

2) о замене хлебных запасов денежными,

3) об удалении порочных членов и о временном устранении от участия в сходах,

4) о делах опекунских и

5) о семейных разделах (Общ. пол., ст. 78)[52].

Таково общее правило. Но в казачьих войсках ведение станичных сборов шире, чем хуторских.

Ходатайства об удалении порочных членов предоставлено там обсуждать одинаково и хуторским, и станичным сборам, а дела опекунские, о семейных разделах, об увольнении и приеме членов решаются исключительно властью одних станичных сборов, а хуторским сборам принадлежит лишь право предварительного их обсуждения (Пол. упр.. стан., ст. 13).

Для действительности волостного Схода требуется присутствие волостного старшины и не менее ⅔ всех членов схода. Решения постановляются так же, как на сельских сходах (Общ. пол., ст. 79)[53].

Исполнителем решений волостного схода является волостной старшина, избираемый сходом. Подобно сельскому старосте, он вместе с тем исполняет общие полицейские функции и пользуется тою же полицейско-карательною властью (ст. 81‑86)[54].

Под председательством старшины организуется особое коллегиальное учреждение – волостное правление, с которым старшина советуется по всем делам.

Решению же правления по большинству голосов подлежат только следующие дела: 1) производство расходов из волостных сумм, 2) продажа частного крестьянского имущества по всякого рода взысканиям и 3) определение и увольнение волостных должностных лиц, служащих по найму (ст. 89)[55].

В некоторых обществах круг компетенции волостного правления несколько шире; так у поселян (б. колонистов) сюда относятся еще:

1) распоряжения по оброчным статьям,

2) распоряжения по страхованию от огня, градобития и

3) распоряжения по оборотам ссудо-сберегательных касс (Прав. устр. пос., ст. 4, п. 9)[56];

у башкир:

1) распоряжения относительно пригульного скота,

2) распоряжения по общественным землям и оброчным статьям и

3) все те дела, по которым губернское по крестьянским делам присутствие потребует постановления волостного правления (Пол. о башк., ст. 68)[57].

К делам станичного правления может быть отнесено всякое дело по постановлению станичного сбора (Пол. стан, упр., ст. 35).

По общему правилу, волостное правление составляется, кроме старшины, из всех сельских старост, помощников старшин и сборщиков податей, но волостному сходу предоставляется избирать одного или двух заседателей с тем, чтобы эти заседатели могли заменять в правлении сельских старост (Общ. пол., ст. 87)[58].

Станичное же правление составляется под председательством станичного атамана из его помощников, станичного казначея и особых доверенных, избираемых станичным сбором, в числе не менее 2 и не более 4 (Пол. упр. стан., ст. 31).

Делопроизводство по волостному правлению возлагается на волостного писаря, замещаемого или по выборам, или по найму (Общ. пол., ст. 92)[59].

Волостной суд имеет различную организацию по различию местностей, где введены и где не введены земские начальники. В местностях, где земские начальники не введены, волостной сход избирает от 4 до 12 судей (у башкиров до 15), отправляющих свои обязанности или бессменно, в течение целого года, или поочередно, по определенно волостного схода (Общ. пол., ст. 93)[60].

В местностях же, где введены земские начальники, каждое сельское общество избирает одного кандидата в судьи, с тем, однако, чтобы общее число кандидатов в волости было не менее восьми. Из этих восьми кандидатов земский начальник назначает четырех судьями на три года, а остальных кандидатами.

Избраны в судьи могут быть только лица, имеющие не менее 35 лет, не содержащие ни трактиров, ни питейных заведений, не занимающие других должностей и не судившиеся за кражу, мошенничество и присвоение или судом оправданные, а также не подвергавшиеся по суду телесному наказанию, тюремному или иному более тяжкому наказанию.

Председательство в волостном суде поручается, по усмотрению уездного съезда, или одному из судей, или волостному старшине (Общ. пол., ст. 51 и 5 примеч. Приложения)[61].

Сельский суд в Закавказье составляется из лиц, избираемых сельским сходом в произвольном числе, но не менее трех. Судьями здесь могут быть и лица, занимающие другие сельские должности (Пол. учр. крест. Закавк., ст. 68‑70)[62].

В казачьих станицах имеются две инстанции суда: суд станичных судей для каждой станицы и суд почетных судей – для каждых двух или более станиц. Судьи избираются станичными сходами, станичные в числе от 4 до 12, почетные от 3 до 6.

Присутствие суда станичных судей составляется из 3, а почетных – из 4 судей. Председатель избирается судьями из своей среды, но если между ними окажется офицер, то он делается председателем уже в силу своего звания (Пол. упр. стан., ст. 45‑58).

Как собственно волостной суд, так сельский суд в Закавказье и станичный суд у казаков суть строго сословные учреждения; им подсудны только лица податных состояний (Общ. пол. ст. 62, примеч.[63] Пол. упр. стан., ст. 59).

По общему правилу, сословной дисциплинарной власти подчинены не все сельские обыватели, а только приписанные к сельским обществам. Приписанные к волостям не подпадают этой власти и потому находятся как бы в привилегированном положении. Такое положение создалось для них благодаря тому, что законодательство знает удаление порочных членов только из обществ, а волость не составляет общества[64].

Точно так же и право устранять крестьян от участия в сходах на срок не более трех лет предоставлено только сельскому сходу и потому применимо только к лицам, приписанным к обществу. Приговоры об удалении порочных членов проверяются предварительно земским начальником и затем передаются им на утверждение губернского присутствия (Полож. земск. нач., ст. 34).

С уничтожением крепостной зависимости и с наделением крестьян землей было признано необходимым организовать особые учреждены как для устройства их поземельных отношений, так и для надзора за их сословным управлением. С 1861 г. эти органы надзора за крестьянским управлением подверглись уже двукратному преобразованию.

Первоначально были учреждены для указанной цели мировые посредники, уездные мировые съезды и губернские по крестьянским делам присутствия (т. IX Особ. Приложение, III Пол. губ. и уездн. учр., ст. 1‑132).

Мировые посредники избирались губернатором по совещанию с предводителями дворянства из местных потомственных дворян, помещиков или имеющих право участия в дворянских выборах, или владеющих не менее 500 десятин, или владеющих не менее 150 десятин, но окончивших курс учебных заведений с правом на чин ХII класса, и утверждались сенатом.

Уездные съезды составлялись под председательством губернатора из губернского предводителя, управляющего государственными имуществами, губернского прокурора, двух членов из местных дворян-помещиков, приглашаемых по соглашению с губернатором министром внутренних дел с Высочайшего соизволения, и двух членов из местных дворян-помещиков, избранных собранием предводителей.

В 1874 году мировые посредники и мировые съезды были заменены во всех губерниях, где введены земские учреждения и мировые судебные установления, уездными по крестьянским делам присутствиями и их непременными членами.

Затем с течением времени последовало упразднение мировых посредников в губерниях Астраханской, Оренбургской, Уфимской (1877 г.), Витебской, Минской, Могилевской (1878 г.), Архангельской (1881 г.) и пяти уездах Вологодской, где нет мировых установлений (1882 г.).

В губерниях Томской и Тобольской обязанности посредников возложены на особых чиновников по крестьянским делам, а в Иркутском и Приамурском генерал-губернаторствах – на земских заседателей.

Таким образом мировые посредники сохранились только в губерниях западных, Ставропольской, области Войска Донского и Закавказье. Но в Закавказье они назначаются по усмотрению главноначальствующего гражданскою частью на Кавказе, а мировых съездов там вовсе нет (Пол. учр. крест. Закавк., ст. 28).

В губерниях, где введены земские учреждения, но не введены земские начальники, надзор за крестьянским управлением осуществляется уездными и губернскими по крестьянским делам присутствиями (Пол. учр. крест., ст. 184 и след.).

Уездное присутствие образуется там под председательством уездного предводителя из одного из почетных мировых судей по приглашению министра юстиции, уездного исправника, председателя уездной земской управы и непременного члена, назначаемого на 3 года министром внутренних дел из двух кандидатов, избираемых губернским земским собранием из лиц, удовлетворяющих условиям для назначения в мировые посредники.

Губернское по крестьянским делам присутствие состоит под председательством губернатора из губернского предводителя, вице-губернатора, управляющего казенною палатою, управляющего государственными имуществами, председателя губернской земской управы, прокурора окружного суда и непременного члена, назначаемого тем же порядком, как и непременный член уездного присутствия, но только с Высочайшего соизволения.

Там, где введено Положение о земских участковых начальниках 12 июня 1889′ года[65], надзор за крестьянским управлением вверяется земским начальникам, уездным съездам и губернским присутствиям.

Новые учреждения отчасти представляют возврат к первоначальному типу крестьянских учреждений: мировым посредникам, их съездам и губернским по крестьянским делам присутствиям. Но сходство тут скорее внешнее.

Новые учреждения представляют уже ту существенную особенность, что они соединяют административные функции с судебными. К ним перешли дела, разрешавшиеся прежде мировыми судебными установлениями.

Независимо от этого и само устройство новых учреждений представляет много особенностей. Больше всего их замечается в постановке должности земских начальников, являющейся вместе с тем основным элементом новых учреждений. В них собственно и выразились новые начала реформы. Остальные учреждения представляют лишь несколько измененный сколок со существовавших уже раньше.

Условия, установленный для занятия должности земских начальников, распадаются на отрицательные и положительные. Отрицательные условия весьма определенны, строги и вполне безусловны. Они применяются безразлично ко всем категориям лиц, могущих быть назначенными в земские начальники. Ст. 10 Положения не допускает назначения:

1) состоящих под следствием или судом, подвергшихся наказаниям не ниже тюремного заключения и бывших под судом за преступления и поступки, влекущие за собою заключение в тюрьме или иное более строгое наказание и судом не оправданных;

2) исключенных из службы или из дворянских собраний;

3) несостоятельных должников, хотя бы и несчастных, и

4) расточителей.

Положительные условия, напротив, очень широки, неопределенны и крайне сложны. Сообразно двоякому порядку назначения, по представлению губернатора и по непосредственному выбору министра внутренних дел, закон устанавливает совершенно различные условия.

При назначении по представлению губернатора, что и служит нормальным порядком назначения, кандидат должен удовлетворять известным условиям сословной принадлежности, возраста, службы и имущественного ценза. Из всех этих условий только требование принадлежности к потомственному дворянству и притом местному, является безусловным при нормальном порядке назначения.

Все другие условия установлены или альтернативно, или в отношении не ко всем категориям лиц. Так, трехлетняя служба в губернии предводителем дворянства замещает собою все другие условия: от такого кандидата не требуется ни определенного возраста, ни образования, ни классного чина, ни имущественного ценза.

Во всех других случаях требуется имущественный ценз и притом в двух различных размерах: от лиц, получивших среднее образование, требуется владение на праве собственности землей в размере стодушевого среднего надела или другою недвижимостью ценою не менее 15.000 руб.; для получивших же высшее образование или прослуживших в губернии не менее трех лет в должностях мирового посредника, мирового судьи, непременного члена крестьянского присутствия или земского начальника, ценз этот сокращается наполовину.

Однако, если удовлетворяющих этим условиям кандидатов не окажется, то для получивших высшее образование или прослуживших в указанных должностях имущественный ценз низводится до владения в уезде хотя бы одной только усадьбой.

Ко всему этому для лиц, владеющих полным или половинным имущественным цензом и не служивших в губернии предводителями, присоединяется требование 25‑летнего возраста, а для лиц среднего образования, или хотя бы и высшего, но владеющих только усадьбой – требование классного чина.

Таким образом условия назначения очень сложны и нельзя сказать, чтобы они были особенно строги: для лиц, получивших высшее образование, достаточно владеть в уезде хотя бы одной усадьбой. Это ценз не только очень низкий, но и очень неопределенный.

В законе говорится собственно о сохранении усадьбы без ближайшего определения, что следует разуметь под таким сохранением: усадьбу ли, составлявшую родовое имущество, или всякую не проданную усадьбу. Не определено также что именно считать усадьбой: выражение это может, пожалуй, быть применено ко всякому жилому помещению, построенному на собственной земле вне города.

Из потомственных дворян каждого уезда, удовлетворяющих указанным условиям, губернатор по соглашению с губернским и местным уездным предводителями избирает кандидатов на должности земских начальников в данном уезде и представляет их на утверждение министру внутренних дел.

Если в каком-нибудь уезде не найдется достаточного числа достойных кандидатов, то оно может быть пополнено дворянами других уездов той же губернии. Если соглашения между губернатором и предводителями не состоится, то министру представляются как кандидаты, избранные губернатором, так и предложенные предводителями.

Несмотря на такую широту условий, закон предвидит возможность затруднений в нахождении достаточного числа лиц, удовлетворяющих этим условиям.

Уже в первоначальном тексте Положения о земских начальниках на случай невозможности по каким бы то ни было причинам заместить эти должности лицами, удовлетворяющими указанным в законе условиям, министру внутренних дел предоставлено было назначать земскими начальниками всех вообще лиц, получивших среднее образование и удовлетворяющих общим условиям гражданской службы.

Высоч. утв. 29‑го декабря 1889 г. мнением государственного совета (п. III) устранено и требование среднего образования.

Осталось, следовательно, только одно требование: соблюдения общих правил о службе по определенно от правительства, но правила эти устанавливают в сущности только одно ограничение: назначаемые на все вообще губернские должности (Св. Зак. т. III, Уст. о службе, ст. 140), следовательно, и на должность земского начальника, должны иметь по крайней мере первый классный чин – вот и все.

Не установлено даже требование определенного возраста.

Надо заметить, что все постановления относятся только к губерниям с более или менее значительным дворянским населением. Законодатель и в них предполагает возможность недостатка в дворянах, годных в земские начальники. Для губерний же Астраханской, Вятской, Олонецкой, Пермской и Тотемского и Вельского уездов Вологодской установлен опять особый порядок назначения (ст. 16).

Принадлежности к местному потомственному дворянству, имущественного ценза и определенного возраста тут не требуется, а губернатор по своему единоличному выбору представляет на утверждение министра кандидатов, получивших среднее образование и удовлетворяющих общим условиям гражданской службы.

Нормальный порядок назначения земских начальников тот же самый, что и установленный Положением 1861 года для мировых посредников, с тем, однако, существенным различием, что мировые посредники утверждались в должности не министром, а Правительствующим Сенатом.

Этим, конечно, сообщалась должности и мирового посредника большая самостоятельность и независимость и обеспечивалось привлечение в мировые посредники действительно лучших представителей поместного дворянства.

Утверждаемые министром внутренних дел земские начальники им же и предаются суду, и увольняются от должности. Дисциплинарная власть над ними принадлежит частью тому же министру, частью губернскому присутствию. Кроме того, возбуждать вопрос об ответственности земских начальников может и губернатор, и если губернское присутствие не согласится с его предложением, он может перенести дело на разрешение министра.

Властью губернского присутствия из дисциплинарных взысканий могут быть налагаемы замечания и выговоры, когда взыскания эти определены уложением, а также за те проступки, за которые положен в законе вычет из жалованья или из времени службы. Следовательно, эти последние взыскания вовсе неприменимы к земским начальникам.

Увольнение от должности делается властью министра, и притом он может применить эту меру взыскания не только в определенных уложением случаях, но также за явную неспособность к службе и за такие предосудительные поступки, которые, получив огласку, лишают земского начальника необходимого доверия и уважения.

Увольнению в порядке дисциплинарного производства подлежат также земские начальники, подвергшиеся какому бы то ни было наказанию по суду или объявленные несостоятельными должниками, или подвергшиеся личному задержанию за долги (ст. 136 и 139)[66].

Ближайший надзор за деятельностью земских начальников вверен губернатору и губернскому присутствию. Но, кроме того, между ними и губернским присутствием стоит уездный съезд, которому, приносятся жалобы на их постановления, в который они входят с представлениями по некоторым административным делам и которому они представляют ежегодно отчеты о своей деятельности.

Состав уездного съезда слагается из уездного предводителя и из всех земских начальников уезда.

По различию предоставленных его ведению дел уездный съезд действует в составе двух различных присутствий: административного и судебного. Судебное присутствие образуется присоединением в указанным лицам уездного члена окружного суда, почетных мировых судей и городских судей; административное – присоединением исправника и председателя уездной управы, а по делам фискальным – и податного инспектора.

Административное присутствие уездного съезда соответствует прежнему съезду мировых посредников, к которому оно очень близко подходит и по своему составу. Различие лишь в том, что вместо члена от правительства в состав административного присутствия съезда входит исправник.

Состав губернского присутствия образован по общему типу всех губернских присутствий.

Председательство предоставлено губернатору, а членами присутствия являются губернский предводитель, вице-губернатор, прокурор окружного суда и два непременных члена, назначаемые, с утверждения министра внутренних дел по представлению губернатора, который избирает их по соглашению с губернским предводителем из числа местных дворян, удовлетворяющих условиям для назначения в земские начальники (ст. 107)[67].

Сверх того, в состав присутствия по делам судебным входит председатель или член окружного суда, а по делам административным – управляющие казенною палатой и государственными имуществами, а также председатель губернской управы.

Таким образом, судебный элемент в губернском присутствии представлен гораздо слабее, чем в уездном съезде, и потому, как это ни странно, смешение административных и судебных функций оказывается в высшей инстанции сильнее, чем в низшей.

Уездный член окружного суда с городскими и почетными мировыми судьями в большинстве уездов могут составить большинство членов съезда; к тому же, в случае отсутствия уездного предводителя дворянства, председательство в съезде принадлежит по судебным делам уездному члену суда, а в виду массы разнообразных занятий предводителя, отсутствие его в судебных присутствиях будет самым обыкновенным делом.

Если в этому присоединить, что уездный член суда и городские судьи будут, конечно, образованными юристами, то понятно, что на практике разрешение судебных дел должно перейти в их руки, и следовательно, в этой инстанции соединение административной и судебной власти будет приводить к преобладанию последней. В губернском же присутствии один член не может получить сколько-нибудь значительного влияния.

Уездный съезд не всегда является посредствующей инстанцией между земскими начальниками и губернским присутствием. Есть дела, по которым земские начальники входят с представлениями непосредственно в губернское присутствие.

Таковы: утверждение приговоров сельских сходов о разрешении продажи имуществ малолетних крестьян и об отказах от следующего им надела, и приговоры об удалении порочных членов общества[68].

Административные функции земских начальников в общем те же самые, что и бывших мировых посредников, как это прямо определяет ст. 22 Положения. Изменения, вносимые в эти функции новым законом, клонятся лишь к установлению большей правительственной опеки над крестьянским самоуправлением.

Земский начальник получает право рассматривать все приговоры сельских и волостных сходов, как в отношении их законности, так и в отношении их целесообразности.

Если приговор окажется постановленным несогласно с законами, либо нарушающим права отдельных членов сельского общества или приписанных к волости лиц, либо клонящимся в явному ущербу сельского общества, то земский начальник, остановив его исполнение, представляет его на рассмотрение уездного съезда (ст. 31).

Закон говорит именно об ущербе сельского общества; поэтому земский начальник не может остановить приговора, клонящегося в явному ущербу волости, что едва ли не есть простая недомолвка закона.

Волость как большая и притом преимущественно административная, территориальная единица, конечно, еще более сельского общества может обращать на себя внимание правительства.

Дополнение. Высочайшим указом от 5 октября 1906 года (собр. узак. № 237) велено:

Установить, что уездные съезды могут отменять приговоры крестьянских общественных сходов, по представлениям земских и крестьянских начальников, основанным на статьях 31 и 426 положения об установлениях, заведующих крестьянскими делами (св. зак. т. IX, особ. прим. изд. 1902 г.), только в тех случаях, когда приговор постановлен несогласно с законами, либо когда приговор, нарушающий законные права членов сельских обществ, или приписанных к волости лиц, обжалован заинтересованными лицами.

По надзору за должностными лицами сельского и волостного управления земский начальник прежде всего имеет совершенно дискреционную власть по удалению неблагонадежных волостных и сельских писарей. Распоряжение его об этом никакому обжалованию не подлежит.

В отношении к другим должностным лицам земскому начальнику предоставлено только делать замечания, выговоры, налагать денежное взыскание не свыше пяти рублей или назначать арест не свыше семи дней. Об увольнении их от службы он представляет уездному съезду, причем может временно устранить их от службы.

Всех вообще лиц, подведомственных крестьянскому общественному управлению, за неисполнение его законных требований земский начальник может без всякого формального разбирательства подвергать аресту не свыше трех дней и денежному взысканию не свыше шести рублей. О наложении этих взысканий земским начальником должен быть каждый раз составлен особый протокол, но обжалованию постановления эти не подлежат.

Дополнение. Высочайшим указом 5 октября1906 года велено:

“Отменить статьи 57 и 444 положения об установлениях, заведующих крестьянскими делами (св. зак. т. IX особ. прил., изд. 1902 г.), в силу коих лица, подведомственные волостному, сельскому и инородческому управлениям, подвергаются по постановлениям земских и крестьянских начальников без формального производства административным взысканиям за неисполнение распоряжений означенных должностных лиц”.

Кроме всего этого, Новое Положение предоставляет земским начальникам надзор за опекунствами, учреждаемыми над малолетними крестьянами, за всякого рода сельскими кредитными установлениями, за состоянием мирских капиталов и расходованием их, а также попечение о хозяйственном благоустройстве и нравственном преуспеянии крестьян.

Многим постановлениям земских начальников закон придает значение окончательных.

Таковы постановления о дополнении списка дел, назначенных к обсуждению на волостном сходе, новыми вопросами; об удалении волостных и сельских писарей, о заключении под стражу крестьян, подлежащих удалению из общества, об утверждении в должности волостного старшины, об отдаче в посторонние заработки недоимщиков, об утверждении полевых сторожей и о наложении, без формального производства, взысканий, как на должностных, так и вообще на всех лиц, подведомственных крестьянскому управлению[69].

Из постановлений уездных съездов точно так же не подлежащими обжалованию признаются постановления об удалении должностных лиц волостного и сельского управления от должностей, о предании их суду, о разрешении продажи движимости крестьян для покрытия причитающихся взысканий, об отмене приговоров сельских и волостных сходов и по жалобам на распоряжения земских начальников в порядке надзора за опекунствами.

Однако, губернскому присутствию предоставляется входить в сенат с представлениями об отмене и не подлежащих обжалованию постановлений земских начальников и уездных съездов по делам административным: 1) когда ими принято к рассмотрению дело, не подлежащее их ведению и 2) когда постановление состоялось с превышением власти или с явным нарушением закона.

На практике предоставление этого права губернскому присутствию поведет, конечно к тому, что ему или, по крайней мере, отдельным его членам будут приноситься жалобы на все постановления и при том без ограничения каким бы то ни было сроком, и губернскому присутствию придется входить в рассмотрение всех этих жалоб, так как иначе оно не может убедиться в их неосновательности.

На прочие постановления земских начальников жалобы приносятся в тридцатидневный срок уездному съезду, кроме жалоб на постановления, относящиеся до поземельного устройства крестьян и до разрешения построек на общей с помещиками выгонной земле, которые приносятся прямо губернскому присутствию. Жалобы на постановления съезда приносятся в тот же срок губернскому присутствию.

Постановления губернского присутствия по общему правилу обжалованию не подлежат; исключения составляют лишь; 1) постановления, относящиеся до поземельного устройства крестьян, жалобы по которым приносятся сенату в тридцатидневный срок, и 2) постановления о служебной ответственности земских начальников, жалобы на которых приносятся министру внутренних дел без ограничения сроком.

Однако, исполнение всех постановлений губернского присутствия по административным делам может быть остановлено губернатором, под его ответственность и с представлением дела министру внутренних дел (Пол. земск. участк. нач., ст. 128)[70].

Министр же, когда по дошедшим до него сведениям или жалобам убедится в неправильности постановления губернского присутствия, принимает меры к восстановлению законного течения дела, входя в надлежащих случаях в сенат с представлениями об отмене неправильного распоряжения или постановления.

В случае отмены постановления сенатом, дело возвращается губернскому присутствию для нового рассмотрения (Пол., ст. 129)[71].

Этот порядок представляется, однако, весьма неопределенным. Закон вовсе не определяет, что следует разуметь здесь пор неправильностью: только ли формальную незаконность или и неправильность по существу. Возвращение дела, в случае отмены постановления, губернскому присутствию дает основание принять первое толкование.

Но, с другой стороны, губернатор может останавливать исполнение постановлений присутствия “во внимание к особо важным обстоятельствам”. Под особо важными обстоятельствами едва ли можно разуметь одну только формальную незаконность.


[1] Ст. 671 т. IX, изд. 1899 г. перечисляет их так:

1) крестьяне и по­селяне разных наименований, в том числе: однодворцы, малороссийские казаки, войсковые обыватели, резеши Бессарабской губернии, не принадлежащие к высшим сословиям, и татары Таврической губернии;

2) бывшие горнозаводские и фабричные люди, оружейники, мастеровые, непременные работники, колонисты, половники, башкиры, бывшие вольные люди западных губерний, хизане Тифлисской и Кутаисской губерний, ахашала в Абхазии и Самузаркани, ахуйю, амацюраегу и анхае в Абхазии и, равнозначащие трем последним, дальмахоре, мойнале и пиоши в Самузаркани.

[2] [т. IX особ. прил. изд. 1902, кн. V, ст. 8.]

[3] [Кн. IV. ст. 182.]

[4] [Кн. I, ст. 15; Зак. Сост. сол. 682.]

[5] [Кн. IV, ст. 532.]

[6] [Кн. VIII.]

[7] [Круговая порука отменена высоч. утв. мн. госуд. сов. 12 марта 1903 г., Собр. Узак. № 28 ст. 356 и Высоч. Ук. 5 октября 1906 года, п. VІ, б.]

[8] [Ст. 221 изд. 1902 года.]

[9] [Ст. 23 кн. IV прил. к IX т. изд. 1902 г.]

[10] [Ст. 77.]

[11] [Ст. 154.]

[12] [Ст. 332.]

[13] [Ст. 223.]

[14] [Ст. 220, 229.]

[15] Горемыкин. Свод узаконений об устройстве сельского состояния, т. I, 1891 г., стр. 104.

[16] [Ст. 203 общ. пол. и 165 пол. о башк. изд. 1902 г.]

[17] [Ст. 166.]

[18] [За проступки, указанные в статьях 31, 38, 49,132, 134, 135, 140‑142, 143 и 180 (первая часть) Устава о наказаниях, нал. Мировыми Судьями, т. е. за оскорбление низших должностных лиц, нарушение общественной тишины, прошение милостыни, обиду родственников в восходящей линии, нанесение обиды действием, угрозы лишить жизни или произвести поджог, самоуправство, отказ детей в пособии нуждающимся родителям и за покупку или принятие в заклад заведомо краденого или путем обмана приобретенного имущества волостной суд мог подвергать крестьян наказанию розгами до двадцати ударов.

Этому же наказанию могли быть подвергнуты: 1) виновные в повторении, до истечения года, проступков, за которые они подвергались уже аресту, и 2) совершившие несколько проступков, когда за каждый из них в законе определен арест или более строгое наказание.

Наконец, за кражу, мошенничество, присвоение чужого имущества и за покушение на эти проступки (Уст. Нак., ст. 169 и 172‑174), за мотовство и пьянство, расстраивающие хозяйство, а также за нарушения условий найма, перечисленные в статье 127, Волостной Суд мог приговорить виновных к аресту на время от семи до пятнадцати дней, или к телесному наказанию розгами, или же в особо важных случаях к аресту и наказанию розгами (ст. 146‑148 общ. пол. о сельском сост., особ. прил., к IX т. св. зак. изд. 1902 г.).

Независимо, от этого в Уложении о наказаниях и Уставе торговом сохранились постановления о применении телесных наказаний в следующих случаях. Ст. 1261 уложений подвергала телесному наказанию хлыстом до пяти ударов корабельных служителей и водоходцев за явное во время пути неповиновение корабельщику в исполнении их обязанностей.

По ст. 281 Уст. Торг. изд. 1903 г. за медленное исполнение распоряжений и приказаний во время спасения корабля, мачт, парусов или такелажа корабельщик вправе был дать корабельному служителю пять ударов веревкою или хлыстом.

Двенадцати ударам веревкою по (ст. 282) спине корабельный служитель мог быть подвергнут за возмущение или мятеж в пути по соглашению корабельщика с штурманом, боцманом, плотником и старшим или лучшим водоходцем, наконец по ст. 1377 ул. малолетние ремесленники за самовольную отлучку от мастеров и за шалости, леность и неуважение к мастеру и его семейству подлежали наказанию розгами от пяти до десяти ударов, если меры домашнего исправления окажутся недостаточными, и мастер принесет жалобу.]

[19] [До указа пятого октября 1906 года лица сельского состояния не только подвергались телесным наказаниям за такие проступки, которые для лиц других состояний влекли за собою иные взыскания, но они подлежали наказанию за такие деяния, которые для лиц прочих состояний не были наказуемы, не составляя какого-либо “проступка”.

Так по ст. 127 общ. пол., особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 г. разбирательству волостного суда подлежали между прочим следующие “проступки”: 1) нарушение рабочим договора найма, заключенного без договорного листа – недобросовестною, по получению задатка, неявкою на работы или самовольным уходом с работы без отработки забранных вперед денег, и 2) мотовство и пьянство, если пороки эти влекут за собою расстройство хозяйства.

Кроме того ст. 478 сельско-судебного устава для государственных крестьян, которым волостные суды на основании 164 ст. общ. пол. изд. 1902 г. руководствуются при определении для крестьян меры наказания за маловажные проступки, предписывала заключать под стражу того “кто неоднократно будет замечен в утруждении начальства несправедливыми просьбами”.

Статьи 484‑486 того же устава подвергали заключению под стражу на хлеб и воду за отдачу в наем или кортому без дозволения начальства участка земли, доставшегося по общественному разделу или за заклад семейного участка на местах нового поселения и отдачи на общественные работы и денежному штрафу за семейный раздел без дозволения начальства.

По ст. 493 простому заключению под стражу подлежали те, “кои в праздничные дни до окончания обедни будут напиваться пьяными”. Ст. 495. Кто найден будет на улице или в другом месте пьяным до беспамятства, того присуждать в общественные работы, сроком на один день.

496. Кто злообычен в пьянстве, или более времени в году бывает пьян, нежели трезв, того наказывать розгами. 497. Сему же наказанию подлежать те, кои станут покупать вино под залог одежды и прочей домашней утвари, а также под залог скота, земледельческих и других необходимых орудий и полевых произведений, особенно еще не снятых и остающихся на корню.

498. Таким же образом наказывать тех, кои по нерадению, лености, пьянству и тому подобной развратной жизни расстраивают свое хозяйство и сделаются несостоятельными к платежу казенных податей и повинностей.

Статьи 501‑503 карают за непотребство. “Кто, несмотря на запрещение начальства, пойдет через реку по льду, когда по нем опасно ходить, или же будет переезжать при бурном ветре, а также тогда, когда лед идет по реке, того приговаривать к простому заключению под стражу на один день” (513 ст.).

Виновный в неподаче просимой помощи при наводнении, пожаре и т. п. подвергался строгому заключению под стражу, а в случае особенной важности наказанию розгами (514). В силу ст. 519, кто злоумышленно станет обвинять другого в поступках и будет изобличен во лжи, того присуждать к такому же наказанию, какому подлежал обвиняемый, если бы донос или показание оказались справедливыми.]

[20] Волостной суд, а в Закавказье сельский суд могли приговаривать виновных крестьян к общественным работам до шести дней как к самостоятельному наказанию. Кроме того крестьяне и мещане, несостоятельные к уплате присужденных с них судебными местами в виде наказания денежных взысканий, могли быть отдаваемы в общественные работы.

[21] Содержание этих статей дословно приведено в цитированной статье М. И. Мыша, Крестьянская Конституция.

[22] [Cт. 79]

[23] [Ст. 374 общ. пол., кн. I особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 г.]

[24] [Ст. 372.]

[25] [Ст. 397.]

[26] Горемыкин. Свод I, стр. 28.

[27] [Прим. к ст. 57 общ. пол, кн. I особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 г.]

[28] [Ст. 84 кн. VII.]

[29] [Согласно п. 3 ст. 62 общ. пол., кн. I особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 г. ведомству схода подлежит: “Удаление из крестьянского общества тех из проживающих в его среде членов оного, дальнейшее пребывание коих в этой среде угрожает местному благосостоянию и безопасности; временное устранение крестьян от участия в сходах, не долее как на три года”.]

[30] [Высочайшим указом 5 октября 1906 г. (собр. узак. № 237) повелено отменить особые постановления о порядке разрешения семейных разделов (св. зак. т. IX, особ, прил., изд. 1902 г., общ. пол. ст.ст. 38‑46). Постановления о порядке разрешения семейных разделов заключались в следующем.

При заявлении семейства о желании разделиться сход должен был прежде всего удостовериться, последовало ли на испрашиваемый раздел согласие родителя или старшего члена семьи. При отсутствии такого согласия законным поводом к разделу могли служить лишь расточительность и безнравственное поведение домохозяина.

Вообще же для допущения сходом раздела нужны были:

1) основательный повод к нему,

2) способность отделяющихся семейств к самостоятельному ведению хозяйства;

3) достаточность принадлежащих им усадебных участков для устройства в них усадеб с соблюдением требований строительного устава, а при неимении таких участков возможность отвести их из мирской усадебной или полевой земли;

4) обеспеченность исправного поступления числящихся на разделяемой земле недоборов, недоимок и текущих окладов по податям, повинностям и другим казенным взысканиям и наконец

5) согласие двух третей всех крестьян, имеющих право участвовать в сельском сходе (ст. 38‑44 общ. пол. изд. 1902 г.)]

[31] [Ст. 62 общ. пол. изд. 1902 г.]

[32] [Прим. к ст. 401 общ. пол.]

[33] [П. 19 ст. 88 кн.VII особ. прим. к IX т., изд. 1902 г.]

[34] [Ст. 64 общ. пол. изд. 1902 г.]

[35] [Ст. 65.]

[36] [Ст. 67.]

[37] [Согласно п. 9 ст. 66 общ. пол., изд. 1902 года, согласие не менее двух третей всех крестьян, имеющих голос на сходе, требуется для решения дел “об удалении из крестьянского общества тех из проживающих в его среде членов оного, дальнейшее пребывание коих в этой среде угрожает местному благосостоянию и безопасности”.]

[38] [Ст. 66 общ. пол. изд. 1902 г. Кроме перечисленных в тексте постановлений по большинству двух третей голосов, требуют еще по изд. общ. пол. 1902 года следующие решения:

1) о разделе мирских земель на постоянные, наследственные участки;

2) о продаже надельной и о покупке земли целыми сельскими обществами;

3) о семейных разделах в обществах, в которых существует общинное пользование мирскою полевою землею и

4) о переименовании селения в город.]

[39] [Ст. 406 п. 2 общ. пол. изд. 1902 г.]

[40] [Ст. 92 п. 2 кн. VII особ. прил. к IX т. изд. 1902 г.]

[41] [Ст. 92 п. 5 кн. VII и 376 п. 2 общ. пол. кн. I особ. прил. к IX т. изд. 1902 г.]

[42] [Ст. 77 общ. пол., изд. 1902 г.]

[43] [Ст. 79.]

[44] [Ст. 100 и 102 кн. VII особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 года.]

[45] [Ст. 56.]

[46] [Ст. 86 и 88 I кн. особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 г.]

[47] У поселян число этих выборных на сходе не должно быть больше числа выборных от домохозяев.

[48] [Ст. 87 прим., общ. пол. изд. 1902 г.]

[49] [Ст. 377 I кн., общ. пол.]

[50] [Ст. 108 кн. VII.]

[51] [Ст. 378 кн. I, общ. пол.]

[52] [По ст. 94 общ. пол. изд. 1902 г. ведению волостного схода подлежат 1) выборы должностных лиц, а в местностях, в которых не введено в действие положение о земских участковых начальниках – также выборы очередных судей волостного суда из крестьян, участвующих в волостном сходе;

2) выборы уездных земских гласных от сельских обществ в местностях, в коих введено в действие положение о губернских и уездных земских учреждениях, причем волостным сходам предоставляется назначать избранным от них гласным содержание из волостных мирских сборов;

3) назначение опекунов и попечителей к сиротам и имуществу умерших, приписанных к волостям крестьян, приобретших недвижимое имущество или жительствующих вне границ надела сельских обществ, но в пределах ведомства волостного правления, или же безземельных, а также поверка действий сих опекунов и попечителей;

4) постановление о всех вообще предметах, относящихся до хозяйственных и общественных дел целой волости;

5) меры общественного призрения, учреждение волостных училищ, распоряжение по волостным запасным магазинам, где они есть;

6) принесение, куда следует, жалоб и просьб, по делам волости, через особых выборных;

7) назначение и раскладка мирских сборов и повинностей, относящихся до целой волости;

8) поверка действий и учет должностных лиц, волостью избираемых;

9) дела по отправлению воинской повинности, на основании устава о сей повинности;

10) дача доверенностей на хождение по делам волости;

11) утверждение приговоров сельских обществ, заключающих в себе менее трехсот душ, об удалении тех из проживающих в их среде членов оных, дальнейшее пребывание коих в этой среде угрожает местному благосостоянию и безопасности, и

12) другие дела, отнесенные к ведению волостного схода подлежащими положениями, уставами и особыми узаконениями.]

[53] [Ст. 96 кн.,1 особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 г.]

[54] [Ст. 98‑104.]

[55] [Ст. 107. “Старшина по всем другим делам его ведомства только советуется с правлением, но распоряжается по своему усмотрению, под личною своею ответственностью“.]

[56] [Ст. 380.]

[57] [Кн. VII, ст. 130.]

[58] [Ст. 105 кн. I.]

[59] [Ст. 112 кн. I особ. прил. к IX т, св. зак. изд. 1902 г.]

[60] [Ст. 154, кн. I особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 г.]

[61] [Ст. 113‑115.]

[62] [Ст. 423‑425.]

[63] [Ст. 77.]

[64] Горемыкин. Свод I, стр. 30.

[65] Положение это велено ввести с соблюдением той постепенности, какая определена будет взаимным соглашением министерств: внутренних дел, юстиции и финансов в губерниях: Астраханской, Бессарабской, Владимирской, Воронежской, Вятской, Екатеринославской, Казанской, Калужской, Костромской, Курской, Московской, Нижегородской, Олонецкой, Оренбургской, Орловской, Пензенской, Пермской; Полтавской, Псковской, Рязанской, Самарской, Саратовской, Симбирской, Смоленской, С.‑Петербургской, Таврической, Тамбовской, Тверской, Тульской, Уфимской, Харьковской, Херсонской. Черниговской, Ярославской и пяти уездах Вологодской.

[66] [Ст. 129 и 132 кн. III особ. прил. к т. IX св. зак., изд. 1902 года.]

[67] [Ст. 99 кн. III особ. прил. к IX т. св. зак. изд. 1902 года.]

[68] [Ст. 33 и 34.]

[69] [См. предыдущее дополнение в тексте.]

[70] [Ст. 119 кн. III, особ. прил. по IX оп. св. зак. изд. 1902 г.]

[71] [Ст. 122.]

Николай Коркунов https://ru.wikipedia.org/wiki/Коркунов,_Николай_Михайлович

Николай Михайлович Коркуно́в — русский учёный-юрист, философ права. Профессор, специалист по государственному и международному праву. Преподавал в Санкт-Петербургском университете, Военно-юридической академии и других учебных заведениях. Разрабатывал социологическое направление в юриспруденции.

You May Also Like

More From Author