Теория личного состояния преступности не отличается, как известно, способностью указать разграничительный признак преступного, принятый в цивилизованном праве нашего времени.
Исследуя разграничительный признак преступного, нельзя не обратить внимания на доктрину почтенного профессора Фойницкого о личном состоянии преступности.
Говоря о разграничительном признаке преступного, нельзя обойти молчанием уголовную антропологию (l’antropologia criminale, l’antropologic crimiuelle). Этим именем называется учение о преступном человеке (l’uomo delinquente). Отцом этой доктрины является известный итальянский профессор Цезарь Ломброзо.
В последнее время известный профессор Биндинг провозгласил учение, что “виновность в ее обоих видах (как в виде умысла, так и в виде неосторожности) составляет исключительную особенность воли уголовного правонарушителя.
По мнению Гегеля, право есть абсолютная, разумная, свободная, несокрушимая общая воля. Правонарушение – это разлад между нею и индивидуальной волей. Если индивидуальная воля бессознательно отклоняется от общей, это составляет гражданское правонарушение.
По мнению Кестлина, засвидетельствованному Таганцевым, а потому преступление имеет безнравственный характер. Признание преступного безнравственным встречается, по свидетельству Таганцева, у Гельшнера и Бара.
Учинителем правонарушения бывает как индивидуальный человек или, иначе сказать, физическое лицо, так и признанный государством союз людей или, короче сказать, юридическое лицо.
Обыденные наблюдения над практической жизнью в культурном государстве указывают, что уголовные правонарушения запрещены действующим правом под страхом наказания.
Можно ли логически заключить на основании действующего права культурных народов нашего времени, что правонарушение едино, но способно иметь в себе и при себе различные моменты, а они-то и являются различными правонарушениями: уголовными, гражданскими, дисциплинарными, финансовыми, военными и т. д.?
Не разнятся ли уголовные правонарушения от неуголовных тем, что первые выступают во внешнем мире в различных стадиях своего развития: то в стадии умысла, то в стадии приготовления, то в стадии покушения, то в стадии совершения, между тем как вторые воплощаются во вне только в стадии совершения?