Press "Enter" to skip to content

Разграничение правонарушений по присутствию и отсутствию в них безнравственного характера

Согласно прежней доктрине Бернера[1], уже не повторяемой им более в последних изданиях своего учебника, “преступление есть для нас прежде всего один из видов безнравственного вообще”. По мнению Кестлина, засвидетельствованному Таганцевым[2], а потому преступление имеет безнравственный характер. Признание преступного безнравственным встречается, по свидетельству Таганцева[3], у Гельшнера и Бара.

Эти учения о безнравственном характере преступного[4] естественно, приводят к вопросу, не отличаются ли уголовные правонарушения от неуголовным тем, что первые-безнравственны, а вторые-не безнравственны.

Эта разница встречается во многих случаях, но далеко не во всех, а потому не может быть разграничительным признаком преступного.

Многие из уголовных правонарушений обыкновенно бывают в то же время и безнравственны, напр., изнасилование, кража, подлог и пр. Зато и в числе неуголовных правонарушений есть немало безнравственных. Например, умышленная неуплата долга богатым должником, по наступлению срока, крайне бедствующему кредитору есть гражданское правонарушение, а между тем безнравственность этого поступка несомненна.

То же самое следует сказать, напр., и о неуплате подати или налога государству состоятельным человеком в то время, когда отечеству особенно нужны деньги для войны или для оказания помощи бедствующей части народонаселения. А такая неуплата – финансовое правонарушение.

Многие из уголовных правонарушений нисколько не безнравственны, напр., правильная дуэль, многие неосторожные преступления и т. д. Но точно так же – не безнравственны и многие из неуголовных правонарушений.

Если арестант запоет песню во время дневного отдыха, в этом нет ничего безнравственного, а между тем это – дисциплинарное правонарушение. Наконец, очень многие из гражданских правонарушений не имеют и тени безнравственности.


[1] Бернер – Учебник уголовного права. Перевод Неклюдова. Том I. Вып. III. § 72.

[2] Таганцев – Лекции. Вып. I. N 23.”, “право есть форма нравственного”.

[3] Таганцев – Лекции. Вып. I. N 23 примеч. 1.

[4] Смотрите блестящую критику этого отождествления у Hugo Meyer’a – Lehrbuch § 4 и Таганцева. Лекции, Вып. I, NN 23-27. См. также Владимирова – Учебник, § 2; Сергеевского. Русское уголовное право, стр. 61-62 и других. Сравните основательный и красноречивый протест Тиссо против смешения нравственности с правом и порока с преступлением, Tissot – Le droit penal Tome I. Livre I. p. 5-7.

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.

error: Content is protected !!