Press "Enter" to skip to content

Права изобретателя во времена Ренессанса

Появление первых привилегий на изобретения относится к концу средних веков и было вызвано взаимодействием двух главных причин.

Первой из них является процесс постепенного облагораживания – в сознании народов – понятия ручного труда. Добрая половина средних веков еще держится в этом отношении античных воззрений: идеи Аристотеля по вопросу о ручном труде находят полную поддержку в ветхозаветных книгах, изображающих, например, проклятие, наложенное на Адама, в виде обязанности трудиться и явным образом издевающихся над работой строителей Вавилонской башни.

В первую половину средних веков поэтому трудятся по доброй воле лишь немногие монашеские ордена, да и те смотрят на свою работу как на наказание, как на один из способов умерщвлять грешную плоть, наряду с постом, бичеваниями и т. д. Надо читать Rabelais в подлиннике, чтобы почувствовать то презрение, которое сконцентрировано во фразе: “Travaille, vilain, travaille!”

Ремесленник начинает подниматься по лестнице социальных величин лишь во вторую половину средних веков, под влиянием того колоссального и многостороннего исторического движения, которое обыкновенно объединяют под общим названием “Ренессанс”.

Ремесленник становится свободным, и сами продукты его труда теряют понемногу унижающий характер чего-то сделанного “из-под палки”; временами ремесленник начинает возвышаться даже до самостоятельного творческого труда. В этом отношении особенно значительно было влияние таких людей, как Леон Батиста Альберта, Леонардо да Винчи или Микеланджело.

Эти вдохновенные искатели прекрасного во всех формах проявления человеческой деятельности не знали современной дифференциации занятий[1]; они, по мере надобности, являлись и художниками, и учеными, и даже ремесленниками[2] (в хорошем смысле этого слова). И ореол их художественной славы бросил отблеск своего сияния, между прочим, и на те их произведения, которые мы отнесли бы к “промышленным”.

Публика стала понимать, что в простой брошке, бауле или кресле может иногда проявиться достаточное количество талантливости для того, чтобы поставить их автора головой выше толпы; что простые каменщики имеют право чуть что не на бессмертие, если они участвовали в созидании дивных церквей, способных дать индивидуальный отпечаток целой эпохе. Рабочий, только коснувшийся резцом созидаемого художественного храма, казалось, в силу этого самого переставал быть презренным вилланом.


[1] “C’est meme la cause qui rend le mouvement de la renaissance si complet, et qui fait perietrer I’art des hauteurs de la peinture et de la statuaire jusque dans les moindres details de I’ameublement et de la parure. C’est ce qui fait aussi que les artistes de la renaissance appartiennent encore par certains cotes aux classes ouvrieres”. Levasseur, Histoire des classes ouvrieres en France etc., vol. II, Paris, 1859, стр. 17.

[2] В списке 22 “искусников”, вывезенных Карлом VIII из Италии, поставлены без всякой системы: Guido Paganino, pentre et enlumineur, Jerosme Passerot, ouvrier de maconnerie и Johannes Lescrais, docteur des pays de Grece. Это все были люди одного социального класса, также и вместе с Jeronime Nigre, qui garde les papegaulx (Ibidem, стр. б). В XVII веке Poussin’y поручено было рисовать заставки для типографских работ, а J. Cousin’у – образцы вышивок (Ibidem, стр. 17).

Comments are closed.

error: Content is protected !!