Уголовный процесс Анализ законодательства Закон История права Процессуальное законодательство Процессуальные нормы права Субъекты права Уголовная ответственность Уголовное наказание Физические лица

Уголовный процесс по Своду законов

Порядок уголовного судопроизводства по Своду изданий 1832, 1842 и 1857 гг. построен по типу Германского дореформенного процесса.

Производство делилось на три части – следствие, суд и исполнение. Следствие и исполнение принадлежали полиции, в ее же руках находился и суд по маловажным преступлениям; только с 1860 г. учреждены особые судебные следователи в составе судебного ведомства.

Суд в низших инстанциях (уездный суд, палаты уголовного суда) состоял из должностных лиц, назначенных правительством, и выборных заседателей от сословий; и судах высших (Правительствующий сенат) допускался только первый элемент.

Advertisement

Следствие распадалось на предварительное (inquisitio gеneralis) и формальное (inquisitio specialis). Предварительное следствие начиналось силой закона при наличии определенных в нем поводов, а именно — извещения или простого донесения об известных доносителю признаках преступления, не возлагавшего на него обязанности доказывать его; жалобы потерпевшего; доноса, под которым понималось явное обвинение определенного лица в преступлении, но который был не только правом, но и обязанностью и влек за собой ответственность при ложном доносе; доношений прокуроров и стряпчих, обязательных для них особенно по делам безгласным; явки с повинной; наконец, собственного усмотрения полиции, приступающей к следствию по всякому сведению, к ней дошедшему.

К предварительному следствию относилось: установление corpus delicti, для чего могли быть производимы всякого рода допросы, а также личные осмотры, экспертиза, обыски и выемки; вызов или привод подозреваемого, допрос его и принятие мер пресечения, в ряду которых личное задержание занимало выдающееся место.

Формальное следствие должно было привести в совершенную известность, над каким лицом или имуществом преступление учинено, в каком действии состояло, каким способом или орудием, когда, где, с намерением или без намерения произведено; все обстоятельства дела оно должно было привести в такую ясность и полноту, чтобы судебное место не могло встретить ни малейшего затруднения или сомнения для постановления по делу приговора. Внешним признаком его было присутствие депутатов в ограждение подсудимых — остаток прежней гласности.

При формальных следствиях могли присутствовать прокуроры и стряпчие, которых Свод, следуя Учреждению о губерниях, называл „взыскателями наказания по преступлениям и вместе с тем защитниками невинности”, возлагая на них наблюдение за кодом следствий и заботу в особенности о том, чтобы обвиняемый воспользовался всеми способами, законом к его защите предоставленными; „когда же следствие кончено и преступление открыто, то тщательному бдению их предлежит смотреть за правосудием”; предлагая суду свои заключения и настаивая на правильном решении дела.

Advertisement

На формальном следствии лежало собирание и запись в установленном порядке всех по делу доказательств. В ряду их важнейшее место занимало собственное признание обвиняемого; закон запрещал чинить пристрастные допросы, истязания и мучения, но предписывал „стараться обнаружить истину через тщательный расспрос и внимательное наблюдение и соображение слов и действий подсудимого”.

Вопросы и ответы записывались, подписывались следователем, обвиняемым и депутатами. Допрос обвиняемого мог повторяться несколько раз по усмотрению следователя; если обвиняемых было несколько, то они допрашивались порознь. Прочие доказательства, по Своду, были: письменные доводы, личный осмотр, показания сведущих людей, показания свидетелей, повальный обыск и оговор.

Свидетелю перед допросом давалась очная ставка с обвиняемым для удостоверения личности и для отвода; сам допрос свидетеля производился в отсутствие прочих прикосновенных лиц и порознь, но для устранения разноречий допускались очные ставки. Оконченное следствие немедленно отсылалось в суд; при этом следователи отнюдь не должны были высказывать мнение или заключение по делу.

Суд, получив следствие, рассматривал, правильно ли оно произведено, спрашивал обвиняемого, не было ли ему чинимо пристрастных допросов, а в случае нужды подвергал обвиняемого вторичным допросам, стараясь склонить его к признанию; но с доказательствами по делу суд знакомился только по следственному письменному производству, именно на основании его канцелярией составлялась записка, докладывавшаяся суду и заранее подписывавшаяся обвиняемым в подтверждение правдивости ее (рукоприкладство); дополнить дело суд мог только требованием справок и соответствующих сведений или предписанием произвести дополнительное следствие.

Advertisement

Судебное разбирательство было негласно не только для посторонней делу публики, но и для сторон; не было речи и о представителях их, однако обвиняемому предоставлялось право отвода судей, притом не только по указанным в законе причинам, а также по иным, „о которых разумный судья сам рассудить может, ибо законами всех их определить в подробности невозможно”.

Приговор постановлялся по предустановленным в законе правилам о силе доказательств, которые Свод, следуя Наказу Екатерины II, делил на совершенные и несовершенные: „Одного совершенного доказательства достаточно для признания обвинения несомнительным”. Если совершенных, или полных, доказательств не добыто, однако против подсудимого имелись некоторые улики, то, судя по тяжести их и по роду обвинения, предписывалось:

1) или оставлять подсудимого в подозрении более или менее сильном; это absolutio аb instantia западноевропейского процесса, и при открытии новых доказательств подсудимый мог быть привлечен к суду по тому же делу;

2) или отдавать подсудимого под надежное поручительство в добром впредь поведении; эта форма приговора стоит в связи с институтами нашего древнего процесса, но нововведение состояло в том, что и она сопровождалась оставлением в подозрении;

Advertisement

3) или же брать у него присягу для очищения от подозрения, что также коренится в нашем древнем процессуальном порядке, но с важным изменением, введенным при Петре I и принятым Сводом: очистительная присяга допускалась, если того пожелает подсудимый, только как крайняя мера, „когда уже все другие средства, к уличению или оправданию обвиняемого законом установленные, будут употреблены безуспешно и открыть истины иначе невозможно, подсудимый же находиться будет в подозрении”; притом и в этих даже случаях суд, усмотрев, что подсудимый преступление клятвы учинить намерен, должен был, не допуская его к присяге, „дело предавать воле Божьей, пока оно само собою объяснится”.

По статистическим сведениям Министерства юстиции, при действии сводного законодательства судебными местами постановлялось приговоров обвинительных только 12,5%, остальные же 87,5% приходились главным образом об оставлении в подозрении.

Пересмотр приговоров первой инстанции имел место в ревизионном порядке и по жалобам.

Ревизия принадлежала палатам уголовного суда, департаментам Сената, общему собранию его и даже Государственному совету; дела переносились на ревизию или по требованию самого закона, или же в случаях разногласия (между судом и администрацией или между судом и прокурором).

Advertisement

Право жалобы было крайне стеснено. Своду известны лишь отзывы по маловажным делам, по которым не имела места ревизия, они приносились только обвиняемым суду непосредственно высшему и приостанавливали исполнение приговора, и с 1823 г. допущены были жалобы лиц непривилегированного состояния в Правительствующий сенат на приговоры о телесном наказании, торговой казни, ссылке на поселение или в каторгу.

Эти жалобы не только не приостанавливали исполнение приговора, но даже не могли быть приносимы ранее такого исполнения; при признании жалобы неосновательной жалобщик подвергался телесному наказанию; в противном случае Сенат, отменяя наказание и восстанавливая осужденного в его правах, вместе с тем определял меру вознаграждения понесшему невинное наказание и меру взыскания с лиц, постановивших несправедливый приговор.

error: Content is protected !!